— Издеваешься? В этом деле я точно оставлю тебя далеко позади, — ухмыльнулся в ответ Итан.

— Я один из лучших воинов Камграда и когда-нибудь обязательно стану воеводой. Тебе же повезет, если ты вообще выживешь, — расхохотался рыжеволосый.

— Спорим, что мой меч насчитает больше смертей?

— Спорим, но ты заранее проиграл, — уверенно ответил Агний, повторно пожимая руку Кэра в знак заключения пари.

— На что поспорим? — спохватился Итан.

— Проигравший навсегда отказывается от притязаний на сердце Сирин, — неожиданно предложил древний

— По рукам, я ничем не рискую. Я ведь уже говорил, что ни на что не претендую, — сказал лейтенант, в глубине души вовсе не уверенный в своих словах.

— Куда ты там пропал? Адмирал собирается поднять тост! — окликнул лейтенанта Родрик, посланный на поиски аурлийца.

Попрощавшись с новым другом, Итан вернулся к своим товарищам. Утром плохо выглядящая после бурной ночи процессия покинула Камград и отправилась в свое поселение на побережье заниматься приготовлениями к свадебной церемонии. В знак доброй воли и уважения к новому народу свадьба должна была пройти на территории аурлийцев.

Представители Лазара прибыли к стенам Новой Аурлии через два дня. Их необычные ездовые животные тянули на своих спинах множество телег. Адмирал выделил для них просторный пустырь, который старший народ буквально за пару дней превратил в цветущий сад, в центре которого был установлен гигантский белоснежный шатер. Наглядевшись на прекрасные облачения жителей долины, аурлийцы готовили свои лучшие наряды, чтобы не ударить в грязь лицом перед своими гостями. Капитаны распорядились перенести с кораблей все имеющиеся в запасе бочонки. Каждый вечер Пит донимал Кэра своими мечтами о совместном будущем со своей супругой.

Наконец, наступил назначенный день и у стен поселения появилась торжественная процессия. Честь представлять и говорить от имени старшего народа выпала Гаелле. На ее месте должен был быть лично Лазар, но в последний момент он по какой-то причине отказался от этой идеи.

Личность невесты тщательно скрывалась от гостей. Все время до начала церемонии она провела в своем персональном паланкине. После жителей долины у ворот появилась делегация утларгов. Кэр не сдержал радостной улыбки, увидев среди них лицо Сирин. Она была единственной девушкой и сильно выделялась из толпы старейшин.

Руководство церемонией Гаелла также взяла на себя. Дар, унаследованный от Гаетейн, позволял ей легко доносить свои слова до всех присутствующих и координировать их действия, игнорируя проблему языкового барьера. Под покровом шатра уже были расставлены длинные столы и изящные кресла. В самом центре был выстроен небольшой арковидный алтарь, украшенный нежными цветами. Место за столами было распределено между аурлийскими офицерами, делегацией древних и процессией старшего народа.

В честь такого события матросам было дозволено устроить празднование на берегу. Итан занял свое место между мистером Норрингтоном и Родриком только перед самым началом церемонии. Музыканты долины демонстрировали виртуозную игру на арфах. Облаченный в лучший костюм, что смогли найти аурлийцы, в шатер вошел лейтенант Колгрейн, сопровождаемый адмиралом Харисом. За ними, скрывая свое лицо, проследовала загадочная невеста в сопровождении Гаеллы. Пит не мог скрыть своего волнения, вызванного ожиданием.

Гаелла произнесла торжественную речь, эхом раздавшуюся в сознании гостей. Невеста, наконец, убрала скрывающую ее лицо маску, и весь зал на секунду задержал дыхание, оцепенев от ее красоты, способной соперничать с самой Гаеллой. Пит растянулся в глупой улыбке счастливого человека. На него смотрели широко распахнутые глаза Аими, улыбающиеся в ответ. В центре алтаря стоял цветок, чем-то напоминающий аурлийскую лилию. Распорядительница церемонии подвела к нему молодоженов и попросила дотронуться до него рукой.

На глазах изумленной толпы цветок ожил, обвивая их кисти. Пит вздрогнул, когда растение забралось под рукав его рубахи и добралось до плеча. Неожиданно шевеление прекратилось, а цветок осыпался прямо на глазах. На руке Пита и Аими навсегда запечатлелось изображение, как напоминание о данной ими в этот день клятве. Гаелла торжественно объявила о начале бала, и несколько десятков пар пустились в пляс. Однако эстетика танца была оценена не всеми.

— Это самая тоскливая свадьба из всех, что я видел, — пробубнил мистер Норрингтон себе под нос.

— А по мне весьма неплохо, — вступился Родрик, но спустя час даже он был вынужден признать, что церемония становится слишком вычурной.

— На Велии даже похороны проходят веселее, — продолжал возмущаться Джонатан.

Сидящий рядом с ним капитан Хольт склонился к нему и что-то прошептал на ухо. Гвардеец расплылся в улыбке заговорщика и немедленно покинул свое место за столом. Кэр даже не заметил исчезновения товарища, слишком сильно увлекшись наблюдением за ведущей разговор с одним из старейшин Сирин.