— Значит, будешь работать в научном отделе, — выговорила она, беззаботно шаркая подошвой по дороге.

— Да, и буду проводить дни и ночи в Гебе, — подхватил Донкор.

— Нет, надо хотя бы вечером гулять, чтобы вновь не жить, как прежде, — возразила Джози, а Донкор лишь отвёл взгляд в сторону.

— А это что за здание? — поинтересовался он. Джо начала рассказывать ему всё, что знала о городе, людях и о правилах, которые установило общество.

Но вдруг они прошли мимо одного из пропускных пунктов в «Подземник», которых по городу было не больше пяти.

— А что это? — неожиданно спросил мужчина.

Джо только поджала губы.

— «Подземник» — это район, где живут, так сказать, отбросы общества и нищие, — сухо произнесла девушка, вдруг добавив. — Я там живу…

— Тогда тебе тоже надо гулять, а то там нет ни солнца, ни ветра! Да и к тому же, наверное, там неприятно веет металлом! — заладил Донкор взволнованным тоном. Джози мигом подняла на него свои голубые очи, которые, казалось, блестели от искр надежды. Донкор неловко хмыкнул, ведь в его глазах сверкали такие же огни.

Уже вечерело. Солнце опустилось к горизонту, окрашивая улицы в мягкие оранжевые цвета. Небоскрёбы буквально светились и переливались. Лучи света приятно согревали, отчего Джози наслаждалась теплом и беседой с молодым человеком, который то и дело добавлял к её рассказу научные сведения про здания или интересные факты о городе.

— Вот и Эннеада, — сказала Джози, показав на комплекс, который скрывался за высокими стенами.

— Спасибо, что провела экскурсию, — произнёс он, опустив глаза в пол.

— Да ладно уж, это особо не экскурсия, — отмахнулась Джози улыбнувшись. — Ну… давай удачи.

— А ты разве не должна быть на своём месте? — удивился мужчина.

— Генрих ничего об этом не говорил, — сухо выдала она, сложив ладони. — Так что я пойду домой.

После этих слов Джози уже собиралась уйти, как Донкор окликнул её.

— Круассан, — вдруг сказал он, на что девушка обернулась. — Давай завтра встретимся и попробуем эти круассаны?

Услышав это, Джози вновь усмехнулась.

— Тогда завтра в шесть часов здесь встретимся. Ты же освободишься? — спросила она хмыкнув.

— Постараюсь, — ответил Донкор кивнув.

Девушка сдержанно улыбнулась. Рядом с ним она смогла забыться. Забыть на два часа о своих проблемах и заново ощутить радость от прогулок по Берлину. Донкор стал для неё лучом света в её тёмном мире, который уже был готов рухнуть под напором трудностей, но всё же устоял…

2130 год. 8 сентября. Золотой Анубис. «Верховник». Комплекс Эннеада.

Донкор стоял перед Генрихом, держа одну руку в другой. Перебирая пальцы, молодой человек закусил губу и посмотрел в окно.

— Значит, за три месяца ты сможешь повысить эффективность брони? — уточнил Генрих.

— Да. Все необходимые ресурсы есть. Осталось проверить, как всё будет работать, и можно приступать к модернизации. Думаю, к Новому году всё будет готово, — согласился Донкор, глядя куда-то в сторону.

Генрих отвлёкся от отчётов и поднял взгляд на молодого человека.

— Это прекрасно, Тот. Что же мы без тебя делали? — поразился Анубис, громко хмыкнув. — График работы выбирай сам, но главное, чтобы к Новому году у меня был готовый образец. А пока можешь быть свободен.

Донкор лишь кивнул в ответ, но потом помотал головой.

— А как насчёт других проектов? — поинтересовался он, на что Генрих усмехнулся.

— Сначала закончишь работу над наноброней, а потом приступишь к следующему проекту. В твоём распоряжении вся лаборатория и несколько сотрудников. Так что ресурсов хватит на всё. Или проблемы со временем? — спросил Анубис с хитрой улыбкой. — Ты же не планируешь уходить от нас или вовсе умирать?

После этих слов учёный нервно отрицательно покачал головой.

— Вот и хорошо, — выговорил Генрих, и Донкор, наконец, покинул кабинет. Он спешно подошёл к лифту и, нажимая на кнопку снова и снова, надеялся ускорить его приход. Но лифт, будто назло, ехал очень медленно.

Спустившись на первый этаж, Донкор лёгким бегом рванул к выходу из комплекса. Выбежав за ворота, он остановился. Оглядевшись по сторонам и не увидев никого, молодой человек протяжно вздохнул.

— Опоздал, — вымолвил он, прислонившись к стене.