— Будет драка, — спокойно констатировал Тони, с одного взгляда оценив моё настроение, и заговорщицки подмигнул Шону.

Мы опоздали совсем чуть-чуть: делегация мертвяков зашла лишь минут на пять раньше нас, и в лекционном зале, наскоро переделанном под банкетный, висело сдержанное напряжение. Как перед грозой, когда полный штиль уже сменяется шквальным ветром и облака с немыслимой скоростью несутся на пока ещё ясное небо.

Как только я переступила порог зала, Кения очнулся в сумке от привычной летаргии и попытался высунуть голову. Пришлось придавить его локтем — ещё не время показываться.

Седрик со слишком широкой улыбкой на устах направился поприветствовать меня.

— Дорогая Пати…

Я протянула руку, и он галантно приложился губами к пальчикам, тут же притягивая меня к себе так, что мы могли перекинуться шепотом парой фраз.

— Нервничаешь? — спросила я.

— Почти все те самые, только один красный да отказник.

— Какая прелесть… — промурлыкала я.

— Пати? — вопрос был задан скорее с надеждой, чем с опасением.

— Ага.

В глазах Седрика сверкнул тот же знакомый блеск — боевой.

— Итак, господа, поприветствуйте третьего соправителя города.

Мужчины дружно отвесили поклоны разной степени галантности и сдержанности. Здесь был Бромиас в компании двух брутальных мачо — майамских «грязнуль» Сладкоежки и Мясоеда, Арденте, Отамнел, один из медведей… Братья-мостовики поклонились с истинным почтением. Также присутствовали ещё несколько чёрно-зелёных, которых я знала лишь в лицо, они стояли чуть поодаль, ну и оборотни, охрана Фрешита и Седрика.

Я расслабленно махнула всем в ответ, и это было лучше всяких слов. Жители нашего города поняли: я не боюсь. Арденте предвкушающее улыбнулся, понимая: будет драка. Бромиас же насупился, ещё раз оценивая противников — явно не радуясь перспективе сражаться.

Вампы стояли кучно, так, что сразу даже не понять, сколько их. Седрик в лучших традициях девятнадцатого века вёл меня за руку через зал, словно мы собирались вальсировать. Наверное, мы смотрелись бы как красивая пара, если бы не Шон и Тони, следовавшие в шаге за мной.

Мертвяки изучали меня: смотрели, принюхивались… Я улыбалась, предвкушая. Ничего они не рассмотрят, я оплетена щитами, и мало кто может что-то почуять или увидеть за ними.

— Вот как? — наконец проскрежетал один из мертвяков. — Третий соправитель… Это чтоб вам скучно не было или чтобы никто не подумал дурного?

По мере приближения стало ясно, что кучность мертвяков мнимая. Они стояли по двое-трое или по одному, чётко разграничивая пространство, как фигуры на доске — в одной клетке встали двое из одного города и гнезда, в следующей стоит один, за ним трое и так далее. Их было много, столько же, сколько и нас, divinitas Нью-Йорка. До моего прихода.

На неудачную шутку, а точней сказать, грубую шпильку мертвяка никто не отреагировал. Я подошла к Фрешиту, мы обменялись вежливыми, вполне тёплыми полупоклонами, и Седрик усадил меня в единственное кресло. Чем Фрешит с Седриком руководствовались, опуская меня в прямом смысле этого слова, даже не берусь предположить, но, оказавшись в кресле, я расположилась там со всем возможным удобством, ибо ничего другого не оставалось.

— А где Франс? — обронила я, осматривая группу мертвяков.

— Зарылся в землю, как только услышал о прибытии послов, — меланхолично ответил Фрешит.

Я рассмеялась.

— Эта белая крыса всех переживет…

Тут-то мертвяки и решили, что их время пришло. Один гад, копия Абшойлиха, вдруг оказался прямо перед нами.

— Крыса… Живёте с крысой и думаете, что все немёртвые такие, — при этом его мальчишеское тело поплыло, превращаясь в худющий когтистый ужас, а морда оскалилась клыками так, что рот не закрывался.

Я расхохоталась.

— Крыса-переросток пытается убедить нас, что кровососы не крысы. Умора…

Пока «Абшойлих, облегчённая версия» думал, как ему отреагировать на мой смех и фразу, вперед выступил стоявший обособлено вамп, похожий на того, Иридаса с аукциона.

— Давайте обсудим то, для чего мы пришли, — произнес он своим бархатным с еле заметной гнильцой голосом.

«Вскормлен на инкубах», — ненависть Шона прокатилась багряной волной.

— Давайте, — отозвался Седрик. — Какова же причина появления вас в нашем городе?

— Несколько дней назад проводился Аукцион, и вы присутствовали на нём, — обратился мертвяк к Фрешиту, тот кивнул, соглашаясь.

— На Аукционе произошёл инцидент…

— Да, кое-кто воспользовался правом сильного, данным при рождении, — всё так же флегматично согласился Фрешит.

— После завершения торгов были убиты двое из трёх совладельцев этого предприятия и уничтожено гнездо.

Фрешит хмыкнул.

— И?

— Мы расследуем это… убийство.

— Вы слышите ложь? — со скукой в голосе поинтересовался наш болотник.