В коридоре по-прежнему сидели гончие Хаоса.

— Уходите к Эзанне. Теперь вы служите ей. Как только она войдёт в Подпространство — сработает привязка. До этого момента ваша целостность сохранится.

Тейра и Сайр заскулили, подползая к моим ногам.

— Нет! Мои приказы не обсуждаются!

Слабый взмах рукой, пространственная материя надорвалась достаточно, чтобы утянуть гончих в Подпространство. Вернуться оттуда ко мне они уже не смогут: закрывая прореху, я оборвала с ними все привязки. В одностороннем порядке на праве хозяйки. Если кого-то возможно будет сохранить после моей смерти — сделаю всё возможное. И даже невозможное. Принято считать, что Тёмные — бессердечные эгоистичные твари. Потому и живут долго. Значит, я и как Тёмная — неправильная. Всегда ставила и ставлю интересы других выше себя.

Пошатываясь, я добрела до кабинета. Необходимо было завершить последние дела. Времени осталось катастрофически мало. Слишком мало для смертника такого уровня, как я. Первым делом я подробно расписала лечение и уход за Рикки. Запечатав кольцом и подписав конверт «Миккаэлю Тэршаму», отложила его на край стола. Несколько раз пыталась начать письмо для обоих пажей, но рука предательски дрожала, а к горлу то и дело подступал ком, мешавший дышать. Я расстегнула верхние пуговицы блузки и попыталась вздохнуть полной грудью. Получалось с переменным успехом. Отложив очередной изуродованный лист в сторону, я занялась остальными бумагами. Неожиданно передо мной вспыхнула и погасла какая-то надпись. Потом снова. Но ничего разобрать не получилось. На вызов сыщика было не похоже. На стол прямо из воздуха упал пухлый конверт, набитый какими-то бумагами. Разорвав плотную бумагу, я вытряхнула содержимое и быстро пробежала глазами по отчётам Гарольда. По мере того, как на стол опускался очередной прочитанный лист, всё становилось на свои места.

Тварь! Просто тварь!!! Узнай я всё это раньше, ничего бы не было. Выманила бы его подальше отсюда и Рикки бы не пострадал. Как паж сказал?

«Хотел, чтобы я пустил его в дом»?

То есть, моя защита по-прежнему сильна, несмотря ни на что. Правильно, без особого разрешения никто не сможет проникнуть внутрь. Могу впустить либо я, либо пажи с моего позволения, либо провести вместе с собой. Даже переступив порог дома, так называемый "барьер вежливости" первого уровня защиты, второй и последующие не дадут пройти дальше.

В таком случае, что же ты, ТВАРЬ, «забыл» в моём доме? Я быстро раскидала бумаги в стороны, ища конверт. Вывернув его практически наизнанку, нашла одну маленькую закорючку рядом со сгибом клапана.

— Настырный упрямый гадёныш! Да чтоб у тебя очки всегда треснувшие были!!! — выругалась я на Гарольда и открыла портал. Послание оказалось с отсрочкой. Значит, и похищение Микки было связано с бумагами. Ещё бы! Здесь же смертный приговор! Правда, не одному ему. Надо хорошо знать Гарольда: он никогда не отправляет ценную информацию сразу и напрямую.

Спину нестерпимо жгло, но именно интенсивность боли давала мне понимание оставшегося времени "до". Вызывать своих людей на подмогу Гарольда — только зря время терять. Я пристегнула на пояс сумку, засунув в последний момент одну заветную шкатулочку в неё, и шагнула в портал.

Очки на Гарольде действительно оказались треснувшими. Вот только не я их разбила.

— Я, конечно, люблю живописные места и, укрывшись в пещере, ты немного привнёс разнообразие в мои подвальные будни, но твою мать, засранец ты этакий, зачем в бой вступал?! Тем более, что знал, кто перед тобой!

Пока я отдирала крюченные пальцы друга, от заскорузлой от крови одежды, сыщик пришёл в себя.

— Сандра? Ты пришла сама? Значит, всё зря…

— Сама-сама. Не зря всё, не наговаривай на себя. Пока я ещё в себе.

Глубокая рана на животе, исполосованная когтями грудь, сильная кровопотеря… Ерунда. Жить будет. По сравнению с тем, в каком состоянии я нашла Рикки, можно считать, что Гарольд вообще почти не пострадал. Вот только к Мартенсу переместить не смогу. Не переживёт нескольких портальных скачков. Прости, Адель, кажется, я нашла тебе занятие на ближайшие дни… Всё равно некоторое время лучше не покидать дом. А так хоть будет, чем развлечься.

Наскоро перетянув раны специальными зачарованными повязками, которыми обычно пользовались Охотники за демонами в случае форс-мажора, я открыла портал сразу к Оленц.

Быстро вытолкав заспанного сына, пришлепавшего на шум, в соседнюю комнату, Адель, выскочившая в прихожую в одной сорочке, показала на диван в гостиной и умчалась за аптечкой. Уложив Гарольда, я набросала на выдранной из блокнота странице координаты Мартенса.

— Рина, что случилось?

— Помоги ему, пожалуйста. Мне пора уходить. Вызови моего друга, он опытный целитель, его данные я написала. И не выходи из дома, пожалуйста, ближайшую неделю. И никого не впускай, если хочешь вместе с сыном остаться в живых. Мартенс сможет попасть внутрь и так. Никто другой уже нет.

Адель поправила сползшие на кончик носа очки и кивнула.

— Дай мне руку пожалуйста.

Девушка без малейших колебаний протянула ладонь.

Я вытащила из шкатулки переливающийся тёмными сполохами кристалл и, вложив в руку Адель, заставила раздавить его.

— Это мощная магическая защита. Считай, что дом и его обитатели находятся в сфере, проникнуть через которую не сможет никто, кроме тех, кому будет позволено. Вот эту немочь, кровью истекающую, зовут Гарольд. Нагл, строптив, но добр. Как придёт в себя, расскажет что и почему. Не поминай лихом! — я обняла Адель и переместилась в кабинет.