Я удивилась.

— Кажется, у нас повысятся показатели средних нормативов по бегу и бою, — хохотнул Стомиан.

— Ага, теперь утром нормально и не позаниматься будет, — наоборот огорчился Тирел.

— А мне все нравится, надо же какой цветник, — пробегая мимо девушек с бытового факультета, радовался Элдрин.

После завтрака, утренних лекций и практикума по некромантии, я отправилась на обед вместе с Кираной. Подходя к столовой во дворе заметила Корина, разговаривающего с родственницей Мейниры. Эльфийка застенчиво опускала глаза в пол, и что-то объясняя, явно флиртовала, поправляя на себе то волосы, то юбку платья. Некромант был снова не в духе, глаза его смотрели довольно гневно.

— Ты правда думаешь, что я соглашусь? — услышали мы обрывок разговора и, чтобы не выглядеть подслушивающими, ускорили шаг, проходя мимо. Кирана хихикнула и я вопросительно на нее взглянула.

— Суилинь не бросает попыток вернуть себе вашего капитана, — пояснила она. — Уже чего только не делала. И все по-прежнему безрезультатно…

— Оу-у, — протянула я.

— Ага, Лея, не только ты в команде пользуешься бешенной популярностью. Правда остальные не так категоричны и постоянны в отказах…

Мне стало неприятно. В столовой мы разошлись. Я присоединилась к Стомиану и Линетте. Остальные пока к нам не присоединились. И уже приступила к обеду, когда передо мной, плывя по воздуху, появился очень красиво оформленный пряник в упаковке с любовным признанием написанным кремом. Мы уставились на подношение и, как раз, к нам присоединился Тирел. Садясь, покосился на сладость.

— Не советую есть, — бросил он. — Кажется, любовными зельями стало принято пользоваться не только девушкам.

Мне стало еще более тошно и противно. Пришел все так же мрачный и злой Корин. Поприветствовал нас всех и, только сев за стол, обратил внимание на розово-белое творение кондитерского искусства. Я даже не предполагала, что можно стать еще мрачнее и злее. Фиолетовые глаза потемнели, и мне показалось, что белок глаза стал заполняться чернотой.

А через время, раздался свист со всех сторон, и в столовой стало шумно. Все повернули головы ко входу. К нам, сияя и со всеми раскланиваясь, шел Элдрин с букетом экзотичных цветов.

— Вот демоны! — вырвалось у меня, когда я поняла, что букет для меня. И совершенно растерялась. Я не воспринимала предложение о свидании как нечто серьезное. Хотелось думать, что это шутка такая. Идти с Элдрином на рандеву не собиралась. Я панически искала варианты выхода, чтобы и парня не обидеть и остальные больше не приставали. В голову ничего не шло.

Тем временем Элдрин приблизился к нам.

— Жемчужина моего сердца, пойдешь со мной на свидание в субботу?

Шире и белозубее улыбки я не видела. Прошло несколько секунд, в течение которых я смотрела то на цветы, то на Элдрина. Элдрин выжидающе смотрел на меня. Цветы каждой своей белесой сердцевиной тоже смотрели на меня. И мое сознание дорисовало каждому цветочку осуждающий взгляд.

Казалось, в столовой, в абсолютной тишине, раздается тиканье незримого маятника, отсчитывающего секунды. Всё замерло в ожидании. Множество-множество пытливых, внимательных, напряженных взглядов уставилось на меня. И мне вдруг захотелось уменьшиться до атома и исчезнуть в бесконечности.

В бок пихнула Линетта и, немного наклонившись, прошептала:

— Лея, соглашайся, поток поклонников не прекратиться, так же лучше будет! Лучше Элдрин, чем другие.

Элдрин гневно взглянул на нее, услышав шепот.

— Лея, — в свою очередь вмешался вампир, — у нас договор. Ставка сделана!

Я сдалась, так как что делать еще в моей ситуации, не могла придумать. Вымученно улыбнулась и взяла букет. В столовой послышались разочарованные вздохи от боевиков, видно поняли, что спор подошел к концу. Проигравшие в уме подсчитывали свои убытки, а победители — выигрыш. Элдрин схватил мою руку и галантно поцеловал ее, садясь напротив меня.

— Леечка, ты выглядишь расстроенной, — настроение дроу было как обычно веселое, — не переживай, крошка, у тебя будет лучший день в твоей жизни!

Я вздохнула. Аппетит пропал, и я, попрощавшись, пошла на выход. Поскольку до следующей лекции оставалось время, зашла к гоблинам на кухню. Меня радостно встретили, дали чаю с пирожным, и благодарили со слезами на глазах за вчерашнее заступничество. Я отдала букет Вешке и скромно села пить чай.

— Сдалася таки… — заключила Гекла, формируя рулетики из мяса и глядя на букет.

— Сдалась, — вздохнула я.

— Ужо лучшее младшой Ризгас, чем его братец, — проворчал господин Грнос. — Да и госпоже артефакторше спокойней будет. А то кружат, как вышли-кровопивцы[6] округ младенцу.