Шрифт:
– Вон там, с краю… – сказал профессор, заметив тусклый отблеск металла. – Видишь?
– Нет… – отозвался Игорь. – Все, вижу…
Машину посадили метрах в ста от находки, первым из нее выбрался Вьюгин с прибором радиохимического контроля в руках.
– Пока чисто, – сказал профессор, взглянув на коллег. – Можно подойти ближе…
К удовлетворению Вьюгина, прямой опасности контейнер не представлял. К тому же выводу пришли и остальные.
– Возможно, там что-то ценное, – предположила Ольга. – Эта штука больше похожа на сейф.
– Проверим? – предложил Игорь. – Я захватил костюм и анализатор. Отверстие герметизируем, если что опасное – сразу заварим. Опасность минимальная.
Было в контейнере что-то странное… Вьюгин подумал о том, что лучше бы его не трогать. Однако профессиональное любопытство взяло верх.
– Хорошо, – сказал он. – Пробуй…
Игорь направился к глайдеру. Вернулся через несколько минут, облаченный в защитный костюм. В левой руке микробиолог держал компактный плазменный резак, в правой – анализатор.
– Только осторожно, – попросил Вьюгин. – Мало ли что.
– Да знаю я… – отмахнулся Игорь. – Отойдите… Вьюгин и Ольга отошли в сторону. Игорь склонился к контейнеру. Было слышно, как зашипел резак.
– Может, не надо? – шепотом спросила Ольга. – Боюсь я что-то.
– Сама же хотела его вскрыть! – Профессор взглянул на девушку.
– Хотела. А теперь боюсь…
Впрочем, что-либо изменить было уже поздно. Игорь прожег в контейнере отверстие и отложил резак в сторону. Сунув в отверстие стебелек анализатора, всмотрелся в показания прибора, потом обернулся и махнул рукой.
– Нет там ничего, – сказал он, когда профессор и девушка подошли. – Обычный воздух, немного повышено содержание углекислого газа.
– А внутрь нельзя заглянуть? – спросила Ольга.
– Нужна видеокамера и игольчатый объектив. Неохота за ними возвращаться.
– Вырезать кусок? – предложил Вьюгин.
– Можно… – пожал плечами Игорь. – Но это полчаса работы.
– Будем по очереди? – снова предложил профессор.
– Ладно, сам справлюсь…-вздохнул Игорь. – А вы пока осмотритесь – может, еще что интересное есть…
Чтобы вырезать полуметровый овал, Игорю понадобился почти час – уж слишком прочным оказался металл. Профессор и Ольга стояли рядом, когда тяжелый кусок наконец-то провалился внутрь. Послышался глухой лязг.
– Держи…-Вьюгин передал Игорю маленький фонарик. Учитывая проделанную работу, было вполне закономерно предоставить микробиологу право первому заглянуть в контейнер.
Взяв фонарик, Игорь осторожно посветил внутрь, затем засунул в дыру голову.
– Ванна… – удивленно произнес он. – Честное слово – ванна! Даже душ есть!
– Дай посмотрю… – Любопытная Ольга оттеснила Игоря, забрала у него фонарик. Посмотрев в дыру, покачала головой: – Стоило стараться… Кстати, тут и окно есть, просто его землей засыпало.
Последним контейнер осмотрел Вьюгин.
– Глупость какая-то… – сказал он. – Возможно!, действительно спасательный модуль.
– Ну да, с ванной, – язвительно отозвалась Ольга. – По-моему, кто-то просто пошутил.
– Может быть… – не стал спорить профессор. – Здесь и дверь была, но ее заварили снаружи. Вон там, видишь? – Вьюгин обошел контейнер, коснулся холодного металла. – Обратите внимание, как тщательно все подогнано.
– А зачем? – хмуро спросил Игорь. Он не любил, когда чего-то не понимал.
– Не знаю, – покачал головой Вьюгин. – В любом случае, для нас здесь ничего интересного нет…
* * *
Время – это яд. Худший из всех возможных. Оно не убивает, а медленно сводит с ума… Страшно: открываешь глаза, а вокруг все га же темнота… И еще тишина… Никогда бы не поверил, что бывает такое жуткое безмолвие. Разве что в космосе… Впрочем, существует ли он – космос? Я уже начинаю в этом сомневаться… Космос, планеты, люди – может, все мне только приснилось? Вполне возможно… Вообще трудно представить существование чего-то, кроме моей маленькой несокрушимой вселенной…
Наверное, я действительно схожу с ума. А может, уже сошел?.. Хуже всего то, что мне все безразлично. Я живу – и в то же время давно уже умер… Или наоборот – я умер, но по какой-то глупой прихоти судьбы еще живу… Можно ли назвать мое прозябание жизнью? Это ад – тот самый, о котором так много твердили люди. Если, конечно, люди действительно существуют…
Мне плохо. Эй, кто-нибудь, отзовитесь! Меняю вечность на смерть – удивительно выгодное предложение! Вам стоит поторопиться!..
Один, два, три… Вы считали когда-нибудь от одного до миллиона? Уверяю, это не так сложно. Особенно если есть на это время…