– Время идёт, - бросил Матвей нетерпеливо.

– Я просто хочу сказать тебе спасибо за всё, что ты для меня делаешь.

– Осталось четыре минуты, - отчеканил он, глядя прямо перед собой в лобовое стекло.

Посмотрела на него, желая бросить парочку хлестких комментариев, но прикусила язык. Вышла из машины, и в этот же момент из подъезда вышла моя мама, которая, увидев, как я хлопнула дверцей пикапа, удивленно вскинула брови.

– А у твоей «подружки» не сильно густая борода? – вопросила мама, которая, похоже, увидев меня и Матвея, напрочь забыла о том, что ей пора на работу.

– Мама? – удивилась я не меньше. По времени она уже минут двадцать назад должны была уехать на работу. – А ты чего тут? Проспала?

– Проела… увлеклась чтением во время завтрака и не заметила, что уже опаздываю.

– Ну, тогда пока, - натянула я улыбка, чуя, как бешено в груди заколотилось сердце, когда Матвей вышел из машины и встал рядом со мной.

– Доброе утро. Матвей, - протянул он ей ладонь, в которую мама аккуратно вложила свои пальцы, глядя на Матвея так, будто он вот-вот достанет из-за спины секиру.

– Мария Сергеевна, - сузила мама глаза, будто пыталась его просканировать.

– Рита очень много о вас рассказывала, но, кажется, она упустила одну очень важную деталь.

– Какую? – расширились мамины глаза и ее испуганный взгляд метнулся ко мне. Я в свою очередь, с не меньшей растерянностью посмотрела на Матвея.

– Красотой Рита точно пошла в вас, - обольстительно улыбнулся Матвей, а на маминых щеках расцвел румянец.

– Ну, что вы?
– отмахнулась она. – Все говорят, что Рита копия своего папы.

– Врут, - не сбавлял градуса обольстительности в своей улыбке Матвей. – И, раз уж мы заговорили о Рите, я бы хотел немного на неё пожаловаться. Ну, знаете… между нами, - шепнул он загадочно.

Он клеит мою маму или мне кажется?

– Что? Что она натворила? – подобралась мама и стала серьёзнее, как на родительском собрании, когда классная руководительница жаловалась ей, что я разбила плафон в школьном коридоре учебником геометрии.

– Частично в том, что случилось, есть и моя вина, - тягучим приятным голосом практически пел Матвей. Как удав кролику, блин! – Я вчера вечером злоупотребил прогулкой, и Маргарита приболела. И я никак не могу убедить её отлежаться дома хоть один день. Температура тридцать девять, кашель, насморк. Хотя, что я вам рассказываю? Наверняка вы, как мать, уже сами уловили, что голос вашей дочери отличается от привычного.

– Да! – категорично кивнула мама и с укором посмотрела на меня. – Я еще по телефону поняла, что что-то не так.

– Рита меня не слушает, но уверен, что у вас получится убедить ее остаться на один день дома. Всё-таки, со здоровьем не шутят.

– Матвей! – дернула я его за рукав, чтобы привлечь внимание, а заодно прекратить гипноз моей мамы, который он здесь устроил. – Я хорошо себя чувствую.

– Маргарита, - произнесла мама. Чёрт! Опять моё полное имя из маминых уст – ничего хорошего в этом нет. – Сегодня посиди дома. Я могу взять отгул и побыть с тобой.

– Не надо, мама! Мне не пять лет. И ты сама ходишь на работу, когда болеешь.

– Это я. Мне так можно. А ты сегодня остаешься дома. Будешь сопротивляться, я еще отцу позвоню. Дай температуру проверю, - подошла ко мне мама, притянула к себе и впечатала накрашенные темно-красной помадой губы в лоб.

Пока мама выполняла роль губного градусника, я, затаив злобу, посмотрела одним глазом на Матвея, который прятал улыбку за приглаживанием бороды.

– Ну, горячая ведь! – возмутилась мама, застегнув мне плотнее куртку и надвинув шапку почти на глаза. – Сегодня остаешься дома. Это не обсуждается.

– Мам!

– Я всё сказала, - отрезала она строго. – Всё. Вернусь сегодня с работы пораньше, принесу еще кое-каких лекарств. Сиди дома, лечись и не вздумай никуда выходить.

– Ладно, - вздохнула я обреченно.

– Я знал, что на ваш авторитет можно положиться, - улыбнулся Матвей моей маме, но в его взгляде я видела явную насмешку надо мной. – Что ж, раз моя девочка в ваших надёжных руках, то я теперь со спокойной душой могу ехать на работу. Вас подвезти?

«Моя девочка»?! Он опух?

– Нет, спасибо. Мне нужно еще кое-что сказать своей дочери, - деловито отчеканила мама и вместе со мной проследила за тем, как Матвей сел в машину и, посмотрев мне в глаза через лобовое, подмигнул.

Всеми силами поборола в себе желание показать ему средний палец.

– Доченька, - протянула мама будто бы невинно, наблюдая за тем, как пикап Матвея выезжал со двора. – Я думала, у тебя парень – дрыщ в толстовке, как все твои ровесники, а тут же целый мужчина. Сколько ему лет?

Мама решила, что мы с Матвеем встречаемся?! За что мне это?