Компания остановилась, оглядываясь по сторонам, пытаясь сориентироваться.

Вон там, — сказала Сизель, указывая на юг. В этом квартале возвышался невысокий холм, широко раскинувший свои ветви величественные вязы. Прямо за ними Тэлон мог видеть серые каменные вершины крепости Кантулар.

Но наша дорога лежит туда, — сказал Дэйлан, указывая на восток.

Тэлон путешествовал по той же дороге всего два дня назад вместе с Рианной, Джазом и Фаллионом, после того как Верховный король Урстоун спас их от змей. Так много изменилось.

Я совершенно другой человек, — подумала она. Она получила дары от людей и собак и чувствовала, как много силы течет через нее, столько здоровья и энергии стремится вырваться на свободу, что она почти воображала, что подобна молодой малиновке в своем гнезде, жаждущей вырваться и улететь.

Запахи сухой травы и горьких сорняков доносились так сильно, словно она никогда раньше не чувствовала этих запахов. Щелканье птиц, лай далекой белки звучали так громко, что казалось, будто она всю жизнь напрягалась, пытаясь хоть что-то услышать.

Но она получила пожертвования не только от собак. Она отобрала их у полудюжины хороших мужчин и женщин из кланов воинов.

Ей хотелось бежать в Ругассу. Но Волшебник Сизель и Лорд Эррингейл никогда не смогут справиться с изнурительным темпом, который зададут остальные.

Пришло время расставаться, — сказала Сизель, словно читая ее мысли. Эрингейл и я отправимся на запад, чтобы пообщаться с Единым Истинным Древом. Но ты должен отправиться на север, чтобы спасти своих друзей. Какие-нибудь последние слова?

Будь здоров, — сказал Дэйлан. Пусть ты найдешь радость под Истинным Древом.

Я мало что могу посоветовать, — сказал им Эррингейл. Я слишком долго сражался с врагами, похожими на твоих змей. У меня есть только один последний совет. Освободи своих друзей, но причини как можно меньше вреда. Лучше ты умрешь, чем запятнаешь свою душу. .

Я бы с радостью отдал свою душу, если бы при этом я смог освободить своего друга, — сказал эмир.

Эррингейл сурово взглянул на него, словно упрекая, но передумал. Наш враг коварен, — сказал он. Никогда не доверяйте такой торговле. Пусть ваша совесть ведет вас.

Тэлон хмыкнула, словно соглашаясь, хотя с трудом могла представить, как они вырвутся из Ругассы, не выпустив реки крови.

Эррингейл попрощался с ними, положив правую руку на плечо Дэйлана Хаммера и затем сжав его. Он прошептал: Ты всегда был верен своим клятвам Эль. Сохранив их, ты сохранил свою душу. Но сейчас я боюсь за тебя. Путь перед тобой темен, и даже солнечный камень не может осветить твой путь.

Сердце Тэлон упало, поскольку, глядя в мудрые глаза Эррингейла, она была уверена, что он знает, что она и Дэйлан сговорились украсть солнечные камни.

Тогда Эррингейл схватил эмира за плечо и сжал, и глаза Эррингейла наполнились светом. Всего лишь на короткое мгновение в глазах Светлого она увидела видение; Тэлон увидел эмира, объятого пламенем. Эррингейл от удивления отступил. Часто во время охоты на вирмлингов вы шли по извилистым дорогам, — сказал он тихо, — но дорога перед вами великолепна.

Он схватил близнецов Кормаров за плечи, удерживая каждого на долгую секунду и заглядывая им в глаза. Наконец он сказал: Выздоравливайте, друзья мои. Будьте здоровы.

Последним он взял Тэлон за плечо и на мгновение заглянул ей в глаза, исследуя, словно хотел заглянуть в самое сердце. Она видела в его глазах только доброту и глубокую и глубокую мудрость. Эррингейл выглядел утомленным, как будто он бесконечно жаждал мира.

Он не видел, как мы украли камни, — решил Коготь. Он не смотрел. Просто теперь он видит нас насквозь.

Ты отправляешься на поиски брата, — прошептал Эррингейл, — но твое сердце разрывается, потому что ты тоже боишься за отца и мать. Я вижу их. Я вижу их. Белый корабль отплывает от далекого берега.

Слова были совершенно неожиданными и вызвали слезы на глазах Тэлона. Она прыгнула вперед и обняла лорда Эррингейла от чистой радости, затем отстранилась, смущенная, потому что не знала, уместно ли так обращаться с лордом его мира.

Затем она обняла Волшебника Сизеля, и оба лорда сказали: Прощай и направились на запад, Волшебник Сизель шагал по горькой траве, его посох раскачивался по длинным дугам, а Лорд Эррингейл мрачно маршировал рядом с ним, как будто весь мир перед ним был отвратительным.