— Погоди, а кто такая Сэм? — спросил Трэй, переведя взгляд с Тригга на меня.

Я впился взглядом в Тригга, покачивая Беллу на коленях.

— Друг.

Тригг рассмеялся.

— Да, подруга, которая делит с ним постель, и у него сегодня свидание.

Я прорычал.

— Если бы твоя дочь не сидела сейчас у меня на коленях, да поможет мне Бог, я бы врезал тебе по яйцам.

Это заставило Тригга рассмеяться еще громче.

— Эй, ты никогда не говорил, что пытаешься держать происходящее в секрете. Точно не знаю, что, черт возьми, происходит между вами двумя, но знаю, что она тебя пресекла.

— Меня не пресекли! И она не моя девушка. Она просто девушка, которая является другом и… дерьмо… — я потер затылок. Я говорил как какой-то школьник, пытающийся сказать, что он не влюблен.

Трэй похлопал меня по спине.

— Хэй. Ладно, ладно. Нет ничего плохого в том, чтобы признать, что тебя приструнили.

— Да пошли вы, ребята. Я собираюсь оставить вас без татуировок с плачущим ребенком, — сказал я, встав с Беллой на руках.

Глаза Тригга расширились настолько, что я подумал, что они могут выскочить из его головы.

— Нет. Нет. Извини, ты прав, тебя не приструнили.

Я молча кивнул.

— Знаю.

Тригг рассмеялся и шлепнул меня по руке.

— Но ты все равно киска.

— Если бы я сейчас не держал на руках твоего вампирского ребенка. — Я поднял вверх кулак.

Тригг и Трэй рассмеялись, потом Трэй встал.

— Прости. Мы правда перестанем. Ну, мы перестанем, если ты наконец расскажешь нам об этой девушке и о том, что происходит.

Я перевел взгляд с Трэя на Тригга.

— Ты же знаешь, что вы сейчас разговариваете как девчонки? Я должен начать называть вас своими сестрами.

— Эй, придурок, иногда это нормально, когда парни обсуждают свои отношения с другими парнями. Особенно, когда в их жизни за последние несколько месяцев произошли довольно странные вещи. — Тригг положил руку мне на плечо, его глаза были серьезны.

Я отвернулся, отодвинув Беллу.

— Ладно, раз уж вы, ребята, не оставляете меня в покое…

Я сидел на полу с Беллой на коленях, но вскоре она уползла и начала что-то жевать. Наверное, это делали дети? Я подумал, что, может быть, так делали только собаки?

Я провел пальцами по волосам, потом по лицу.

— Я познакомился с ней в ночь папиных выборов. Она официантка в забегаловке на Бельмонт. Я действительно не думал, что увижу ее снова, пока не пошел делать татуировку и не обнаружил, что ее вышвырнули из дома. Что-то в ее ранимости заставило меня почувствовать, что я должен защитить ее или что-то еще, поэтому я пригласил ее переночевать у меня, пока она не встанет на ноги.

Я перевел взгляд с Трэя на Тригга.

— Теперь вы счастливы? Я только что излил свою душу, как мать у доктора Фила.

Трэй рассмеялся.

— Ты не изливал душу. А просто сидишь здесь и разговариваешь со своими братьями о цыпочках.

Я приподнял бровь.

— Ладно, я не думаю, что кто-то всерьез называет их цыпочками.

Трэй усмехнулся.

— Они тоже так думают. Моника заставляет меня смотреть эти реалити-шоу все время, и они говорят цыпочки.

Я отрицательно покачал головой.

— Я даже не удостою это ответом.

Тригг поднял Беллу и вынул пульт у нее изо рта. Она закричала, и он вернул ей кольцо, а она снова принялась его приклеивать.

— Послушай, я видел тебя с Сэм. Вы двое нравитесь друг другу, и я думаю, что ты боишься все испортить, так как у тебя никогда не было настоящих отношений, кроме как с Кэти Буссе в восьмом классе. Та, за которую тебя наказали, потому что она поставила тебе засос.

— Эй! — я указал на Тригга. — Я же сказал тебе, что это не засос. Я упал на игре в баскетбол на уроке физкультуры.

Трэй рассмеялся.

— Окей, это довольно правдоподобно. Из всех нас ты, наверное, наименее спортивен.

— Да пошли вы, ребята. Я спортсмен.

— Если подъем пивной бутылки считается упражнением, то да, ты спортсмен, — сказал Тригг.

— Эй, я иногда поднимаю тяжести и прочее дерьмо. — Ладно, я уже давно не тренировался по-настоящему. Наверное, с тех пор как покинул реабилитационный центр, где все время работал, чтобы чем-то занять себя. Не думаю, что с тех пор, как вернулся, я видел спортзал в своем жилом комплексе изнутри.

Тригг покачал головой.

— Как скажешь, приятель.