— Фел! — дёргался он в руках полицейских, пытаясь вырваться, подбежать явно к нам. — Я тебя люблю! Женись на мне! Прошу! Умоляю! — и тут его ударили головой о капот машины, что-то ему начали приговаривать, после чего этот придурок заверещал так, словно его уже начали убивать. — Не-ет! Только не туда! Нет! Меня там прикончат! Меня уже в камерах предварительного содержания бьют! Нет-нет-нет-нет!

Потом дверь захлопнулась, его голос стих… а этот «бедняга» всё пытался вырваться, метался внутри всего салона… и в последний момент его просто чем-то приложили, что он отключился. И только после этого машина с ним одним тронулась с места, направившись в сторону города.

Я смотрел ей вслед. Думал о том, на что готовы люди ради того, чего им никогда не светит, но во что они свято верят. Это такой своеобразный вид безумия… и этот человек действительно был болен. Ему никогда не светило быть рядом с Фелицией, но он теплил себя надеждам хрен пойми сколько лет, что у него всё получится, что всё выйдет… но не вышло. И сейчас, я надеюсь, он отправился в свой последний путь.

— Ма-а-арк, — уже более уверенным голосом, практически без дрожи, назвала моё имя девушка, а потом ткнула локтем в бок, чего я не ожидал, да и был сейчас без брони, потому что устал в ней. — Даже вон, уже фиг пойми кто делает мне предложение руки и сердца. Не боишься меня потерять?

В последних её словах было множество ехидства… и после них она залилась в голос истерическим смехом. Все, отходит. Практически пришла в норму. А я же стоял и просто глупо улыбался. Я хотел жить вместе с ней, хотел разделить с ней свой дом, если я какое-то место смогу когда-нибудь полномерно назвать… но что-то меня останавливало, какое-то внутреннее переживание. Я ведь всегда был популярен среди девушек, но не по моей воле отношения, если они начинались, распадались. Та же Нора, как один из самых красноречивых примеров. Той Норы больше нет. Есть только её клон, который прекрасно понимает, почему есть она, но нет оригинала, которая стала жить вместо неё. И это… очень сильно давило и влияло на окончательное принятие решения. Было больно это осознать… но факт оставался фактом. Я буквально боялся сделать этот судьбоносный выбор.

Но даже если я и решусь… то сейчас просто не время и не место. Нам нужно собираться и улетать, а не нюни разводить. Плюс, вокруг слишком много крови и негатива, которые совершенно не подходят для этой, бесспорно, максимально романтической ситуации. Это про предложение руки и сердца, как любят говорить.

Но в конечном итоге к полуночи все приготовления были завершены. Все люди были в сборе, раненные были готовы к транспортировке, бойцы приведены в порядок и уже погружались в машины. Я же стоял и следил за всем, чтобы не возникло каких-то проблем, плюс попутно решал мелкие трудности, нюансы, которые возникали на ходу.

Когда всё было завершено, а колонна техники из пары сотен машин была готова к выдвижению, я сел в головную, и мы тронулись. Путь предстоял не близкий, от этой точки до космического порта, где мы арендовали три больших транспортника, примерно несколько часов пути… но зато будет время подумать и обо всём рассказать Фраю с Мирой. Им нужно знать о том, что тут произошло и что в итоге у нас теперь есть.

Они со мной тоже поделились свей информацией по поводу прибывших на станцию членов Совета. Я был неприятно этим удивлён, думал, у меня будет время подготовиться к встрече с ними… а его уже не было. Плюс, судя по графику движения, который мне скинули, все остальные члены Совета прибудут раньше меня. Так что… они ещё сильнее будут раздражены. Просто чисто из-за того, что меня там не будет.

Я помотал головой… стал думать, что делать, искал выходы из сложившейся ситуации. А потом мне по закрытому каналу прилетела очень интересная информация, которая невольно вызвала улыбку на моем лице. Не зря же я оставил Фрая за себя. Так и знал, что он сможет найти выход из ситуации, которая сложилась. И он уже близок к тому, чтобы всё грамотно подготовить к моему прибытию. Моя роль же будет не такая значительная. Хотя с какой стороны посмотреть.

Я глянул себе за спину. Если вдруг на станции будет какая-то заварушка… то у меня есть уже личная армия, причём в прямом смысле слова. Эти люди будут готовы слушать меня, выполнят любой мой приказ. И это, в основном, из-за того, что я их вытащил из этого дерьма. Позволил им выйти из тех ситуаций, когда они не по своей воле попадали туда, откуда на них Фраю получилось достать компромат. Они смогут начать с чистого листа. И я даже не ожидал, что бандиты на это согласятся, что они захотят встать на стражу человечества в каком-то смысле.

А ещё я поделился с Фраем информацией о том, что у нас теперь не будет никаких проблем с деньгами, что он может больше не считать всю прибыль, следить за тем, что нам придется влезать в рамки. Рамок у нас практически не было. Денег теперь было столько, что за месяц мы могли сформировать три таких десятки, какие уже есть сейчас. Причем одна из них будет с легким крейсером, что немаловажно. То есть будет полноценное космическое оперативно-тактическое малое звено. А когда соберём уже целый флот, во главе которого будет стоять тяжёлый крейсер или линкор… то это будет уже иметь огромный вес.

Но нам нужно было готовиться к войне. Сколько у нас будет времени в запасе, я точно не знаю. Нам нужно собрать не просто флот… а целую армаду, которая способна будет защитить не только нашу систему, но и все ближайшие. Нужно будет убедить всех производителей, которые работают на нас, переместить на подконтрольную нам территорию все заводы, чтобы была возможность с нами в больших объёмах сотрудничать. А им это выгодно. Очень и очень выгодно. Ведь я стану не просто партнёром, а стратегическим партнёром.