– Giuriamo di preservare e sviluppare la magia in Russia![7]– заключительная фраза вызвала ответную вспышку магии, и все вдруг закончилось.

Я вздохнула и потерла ладонью лицо: от вспышек, когда магия перешла в видимый диапазон, рябило в глазах. Дождалась исчезновения белых точек и огляделась. Площадь стала больше, за домами кое-где теперь виднелись деревья. На каждом доме появились таблички, и я поспешила удовлетворить свое любопытство:

– Площадь Сварога, дом номер три!

– Везде теперь таблички и номера домов, – бабушка подошла к другому дому.

– А ратуша стала номером один! – Юденич с удовлетворением оглядывался.

– О! Смотрите, – Трофимов стоял возле одной из парадных, – тут не только дом пронумеровали, но и квартиры! И уже есть фамилии! Большакова В.И. Кто это, интересно?

– Это Вика! – я по-девчоночьи подпрыгнула, похлопав в ладошки, – ух, ты! Круто!! Теперь у нее есть свое жилье!! Надо ей позвонить!!

– Я займусь, – Юденич кивнул, подходя и доставая записную книжку, – у меня уже собраны списки тех, кто снимает жилье, или ему грозит разоблачение. Сегодня же всех обзвоню, пусть переезжают.

– Ну что ж, – бабушка показала мне на оставшийся ритуальный круг, – прибираемся и едем домой, на сегодня наша миссия выполнена.

Я собрала инвентарь, замыла наскоро рисунок, и мы с бабушкой вернулись домой. Суббота только начинала свой ленивый ход: тетя Оля варила кашу, Аннушка решила в кои веки побаловать мужа блинчиками. Дима пек оладушки, попутно обучая этому искусству Кирилла. Студент сосредоточенно помогал, записывая полезные советы в блокнот и выспрашивая подробности. Вообще, эта парочка нашла друг в друге неожиданное родство по духу: оба молоды, оба начинают самостоятельную жизнь вдали от малой родины. Димитрий не забыл еще собственные студенческие годы и мог дать соседу дельный совет практически по любому вопросу, а Кирилл заражал «старшего брата» неиссякаемым оптимизмом и смекалкой.

– О! Вы снова куда-то ездили, Кристиночка? – не упустила возможности влезть в чужую жизнь Варфоломеевна, стоило мне появиться на кухне.

– Да, надо было съездить по делам, – я поставила на огонь кастрюлю с супом-пюре.

– Все дела, все поездки, – она покачала головой.

– Да как-то так.

– А куда, на дачу?

– У бабушки спроси, если интересно.

Соседка подавилась следующим вопросом и наконец-то от меня отстала.

Юденич сдержал слово, так что вечером бабушка позвонила Вике и предложила нашу помощь с переездом. Хозяйке комнаты, которую кукольница снимала, сказали, что девушка случайно нашла дальнюю родню и переезжает к ним. В воскресенье рано утром я прогрела мотор Манечки (ударили морозы, машина сильно замерзла, так что процесс занял почти два часа), и мы поехали в сторону восточной окраины. Бабушка держала на коленях карту и подсказывала мне, где свернуть, а машин по воскресному утру было немного, так что в район «пяти дураков» мы приехали довольно быстро. Спальный район с огромными многоэтажками слегка пугал своим масштабом, но зато улицы были прямыми и крайне простыми для новичка-автолюбителя.

– Так, вот сейчас давай, нам в боковой проезд, – бабушка махнула рукой.

Я свернула туда, чуть вперед проехала и углубилась во двор. Нужный дом стоял почти посередине. Как ориентир, перед ним был детский сад. Бабушка присмотрелась к номеру, и кивнула сама себе:

– Да, все верно, дом одиннадцать, корпус два. Нам в третью парадную.

Открыла нам какая-то заспанная тетка:

– Здрасте, к Вике? Сейчас… – она прошла по коридору и постучалась в дверь, – Вика! Спишь? К тебе!!

На стук выглянула девушка, увидела нас и заулыбалась:

– Доброе утро, а я уже упаковываюсь! Проходите!!

Мы аккуратно вошли и встали в стороне:

– Что-то нести уже есть?

– Да голому собраться, только подпоясаться, – она деловито вытащила в коридор большую клетчатую сумку, – я сейчас.

Из другой комнаты вышел старичок в застиранном спортивном костюме, буркнул что-то вместо приветствия и скрылся на кухне.

– Давай что-нибудь в другую руку, я выйду и начну складывать.

Она кивнула и в следующий выход притащила… швейную машинку «Чайка»:

– Бабушкино наследство, сколько лет, а шьет замечательно!

Я подхватила груз и вышла к лифту. В шесть рук мы споро перенесли вещи. Самым большим оказался тюк с матрасом и постельным скарбом – Одеялко не хотело запихиваться вместе с подушками, пришлось его поуговаривать. Этот тюк я привязала к багажнику на крышу. Зато метелка Мотя с радостью поехала с нами, стоило ей пообещать, что пространства для уборки в новой квартире будет достаточно. Тости без возражений влез в коробку к кастрюлям и прочей утвари.

Прочие квартиросъемщики дружно вылезли нас проводить, желая Вике счастья на новом месте. Тот старичок даже сунул ей, уже в дверях, пакет с большой круглой ватрушкой:

– Держи… чаю попьешь на новоселье… бывай, дочка! – Ворчание дедка было притворным, а в морщинках вокруг глаз блеснула слеза.

Вика еще раз обняла всех на прощание, и мы поехали в новую жизнь.

Во дворе на Фонтанке было пустынно, я припарковалась возле портала, и мы начали думать, как проехать внутрь.

– Давайте сначала просто так пройдем, а там уже решим, как быть, – предложила бабушка.