Ожидаемо, перед Кианом возникла та же самая дилемма, что и передо мной. Он нахмурился и задумался. Я уже зевнула и думала возвращаться к работе, как герой не моего романа спросил на всякий случай:

– А для себя ты ничего не собираешься вязать?

Я только руками развела и пояснила:

– Я дракон, я в этом сжарюсь!

Киан подумал ещё немного и предпринял новую попытку:

– А для отца?

– Он огненный маг, там тоже свой подогрев, – пояснила я и решила подковырнуть на финал: – Но муж мой зимой мёрзнет – он очень обрадуется такому тёплому свитеру. Ради шерсти альпак я даже второй свяжу! Так что можешь подарок и оставить.

– Да пусть этот трус хоть в ледышку превратится! – наконец сорвался Киан, не выдержав издевательств с моей стороны. – Боится мне проиграть, поэтому даже на письма не отвечает!

В этот момент я перепугалась, что кто-нибудь, кому не положено, случайно услышит, и рявкнула:

– Так!

Ожидаемо Киан мгновенно заткнулся.

– Не нравится идея свитера для княжича – иди отсюда со своим плюшем на ножках, пока силой не забрала.

Демонстративно расправив и без того прямые плечи, Киан развернул своё «войско» и повёл его горными тропами нашей столицы куда-то подальше от дворца. Возможно, в столичную резиденцию их клана, где, скорее всего, от таких домашних питомцев обалдеют.

Я уж подумала, что мимо всех напастей меня пронесло, но вечером Димитрис с подозрительной щедростью разрешил отложить свитер и налил мне бокальчик вина. Потом второй. Потом оказалось, что есть ещё одна бутылка – вопреки обыкновению.

Короче, когда после четвёртого «тоста» муж невзначай спросил:

– Слушай, а что этот болезный сегодня ляпнул про то, что я на письма не отвечаю?

Я протрезвела сразу. Не на ту напал! Я свою столицу разнести не дам!

– Да он, наверное, обиделся, что ты ему больше писать не стал, – отмахнулась я небрежно.

Но, кажется, переборщила с непринуждёнными интонациями, потому что Димитрис прищурился, словно хищник, и уточнил:

– А про какой тогда поединок он говорил?

– Да откуда ж знаю! – всплеснула я руками, изображая искреннее удивление. – Ты же видел, что у него в голове. Мне не понравился слон просто так – после поездки на остров он прислал стадо коров. Узнал про вязание – привёл стадо альпак. Может там где-то в его реальности вы уже сражаетесь в поединке, кто из вас лучше улицы столицы подметёт.

Димитрис сделал вид, что мне поверил и дальше допытываться не стал, однако я сразу поняла, что так легко не отделаюсь.

Терзаемая подозрениями я ходила день, два, неделю... Но вскоре за потоком дел совершенно об этом забыла. Штатно выбрасывала письма от Киана, довязывала свитер. Однако, когда я его закончила и торжественно собиралась вручить мужу прямо посреди рабочего дня, Димитриса я нигде не нашла. Даже запах его во всей резиденции стоят такой, словно вот пару часов назад мой муж здесь проходил и больше не появлялся.

Ожидаемо я напряглась. Свитер оставила в нашей комнате на кровати, а сама отправилась искать Димитриса более тщательно. Вынюхивать в прямом смысле слова.

Когда я поняла, что самый свежий его след везёт к посыльному, запаниковала не на шутку. Я буквально вломилась в комнату для сортировки отправлений, и взору моему предстал несчастный скрученный лианами служащий с кляпом во рту. Естественно, первым делом я бросилась его спасать. Но стоило мне освободить ему рот, как он заорал:

– Я пытался его съесть!!!

От изумления у меня аж то, что служило кляпом, из рук выпало.

– Кого? – опешила я, совершенно забыв, что пострадавшего надо развязать.

Хотя если съесть он пытался моего мужа, то, возможно, спешить и не стоило.

– Письмо от Меднокрылых! Принесли свежую почту, я даже разобрать не успел, как пришёл княжич. Я пытался куда-то спрятать письмо, потом сжечь, но он перехватил. От отчаяния я вцепился в бумагу зубами, но княжич был сильнее. Он его прочитал!

– И?! – немеющими губами спросила я.

– Он оставил меня тут связанным, а сам ушёл, приговаривая: «Рудником он мне скрасить проигрыш желает, ага. Я ему покажу рудник»

Мне мигом поплохело. Иллюзий насчёт того, что эти двое проведут цивилизованную беседу, я не питала. Радовало только, что пока ещё столица стояла на своём месте.

– Он письмо с собой забрал? – спросила я больше наудачу, распутывая пострадавшего.

– Да нет, вон оно, – указал освободившийся посыльный на тот комок, которым ему заткнули рот.