— Понимает, конечно, понимает. — Думаю я, а мы все едем….

22.08.1937

Вторник

Валенсия

12:00

— Ну вот, почти и все. — Думаю я и тут же добавляю. — И снова совещание, теперь последнее.—

А в помещении штаба корпуса только руководство, я и неизменный Николай Семенович.

Да, тут присутствуют:

…… Генерал-лейтенант Рокоссовский, командующий Добровольческим корпусом.

…… Генерал-майор Ватутин, начальник штаба Корпуса.

…… Генерал-майор Лелюшенко, командующий наземными силами корпуса.

…… Генерал-майор Смушкевич, командующий авиацией корпуса.

…… Полковник Маргелов, начальник разведки Корпуса.

И конечно я, Шеф корпуса, как-никак.

И совещание начинается:

— Товарищи, хотел бы поздравить всех, с удачным окончанием, разработанной операции по взятию Гранады. — Начинает торжественно Рокоссовский и тут же продолжает, уже куда более по деловому:

— А теперь, предлагаю заслушать всех товарищей, принимавших участие в разработке плана операции и начнем мы с товарища Ватутина.—

Ватутин тут же поднимается и коротко докладывает:

— Разработанная операция прошла успешно, все поставленные задачи выполнены, потери корпуса в пределах 5% от численности личного состава и техники. Считаю, что данную операцию можно отнести к категории успешных.—

И все, коротко и четко. А Рокосовский уже поднимает следующего:

— Товарищ Лелюшенко, доложите свои впечатления от проведенной операции.—

Лелюшенко встает и докладывает:

Проведенная операция показала, что взаимодействие авиации, наземной техники и личного состава, при четком планирование, дает возможность осуществить разгром превосходящих сил. Особо важно тут наше превосходство в качестве и количестве технических средств, а именно бронетехники и авиации.

Однако наметились и некоторые проблемы. Уровня бронирования имеющейся бронетехники не достаточно, были пробития.

Есть существенный разрыв по скоростям передвижения разных видов техники.

Недостаточно выделенное количество реактивных минометов.

В итоге мы не могли в полной мере использовать имеющиеся у нас силы и было некоторое замедление реализации планов операции.

И закончил, Рокоссовский благодарит его и поднимает следующего докладчика, а это Смушкевич:

Товарищи, проведенная операция показала заметное преимущество нашей новой авиационной техники над врагом. Благодаря этому мы разгромили базу итальянцев на Мальорке, нанесли карательный удар по расположению колониальных частей под Кордовой и полностью закрыли небо в районе Гранады.

Техника показала себя хорошо, но этого недостаточно, в боях с более совершенными моделями самолетов противника, а именно германскими ME, HE, WV у нас начинались проблемы.

Если СУ2, СУ4 и МИГ-1 вполне на высоте, то СБ и И16 уже не выдерживают конкуренции и потому нам как минимум нужен новый фронтовой бомбардировщик и маневренный истребитель, и нужен срочно.

И вновь, короткий доклад закончен, Рокоссовский смотрит на меня, как бы спрашивая:

— Будешь отвечать?—

Я качаю головой, показывая, что потом, позже.

И наш командующий поднимает последнего сегодняшнего докладчика, Маргелова.

И тот моментально заявляет:

Товарищи, разведка отработала эффективно, все информация по противнику поступала своевременно и из нескольких каналов одновременно — наземный, воздушный, партнерский.

Но, есть и вопросы, и предложения:

…. Есть ли возможность разработать специализированные самолеты разведки?

…. Необходимо усилить разведотдел аналитиками.

…. Необходима четкая вертикальная система разведотделов во всех подразделениях и наработанные каналы передачи данных.

…. Нужно создавать систему подготовки кадров для разведки.

…… Необходимо усилить техническую сторону разведотделов, и в первую очередь усилить качество и дальность связи.

И тоже закончил.

— Ну вот, теперь и мое слово пришло. — Думаю я и начинаю: