И мы мчимся вокруг Валенсии, наматывая километры и отмеряя минуты счастья и радости. Прогулка заняла около часа и намотали мы четыре десятка километров, приехав в итоге обратно на базу.

И надо было только видеть эти счастливые глаза напротив.

— Долли, Долли. Любимая Долли. — Думаю я уже помогая ей вылезти из машины, а она в процессе сего не мудрёного действия умудряется прижаться всем чем можно и тем более тем, чем вроде и не полагается, но всегда прижимаются, те кто любят конечно.

Она почти упала в мои руки и замерла там и я понимая, что очень хочу просто остаться с ней наедине. Хотя на чуть-чуть.

Я тут же отпрашиваю у дона Фернандо и любезной Кармен, их очаровательную дочь и мы исчезаем на просторах базы.

Тут и правда трудно найти того, кто не хочет, чтобы его нашли. Тем более если это сам шеф базы, Наследник престола, да еще и в такой очаровательной компании.

И мы растворяемся среди этого великолепия техники и военных, которые с улыбкой посматривают на чокнутую молодую парочку, мчащуюся куда-то на немыслимой скорости, еще и умудряясь держаться при этом за руки.

И умчались, и потерялись и настало время поцелуев, но тут и занавес пал.

Кончились воспоминания, исчезли, наверно, застыдились? Или завидно стало? А что, я сам себе завидую……

16.08.1937

Пятница

Линарес

17:00

— Ну вот и прибыли. — Думаю я, глядя в окно машины на окружающие пейзажи.

А тут есть на что посмотреть: очень симпатичный небольшой городок, насчитывающий от силы тридцать тысяч человек, одним росчерком пера ставший ключевой точкой в нашей небольшой игре по приведению в чувство очень многих заигравшихся в богов.

А городок и вправду симпатичен, узкие улочки, невысокие дома и классическая испанская природа, так и навевающая:

— Степь, да степь кругом…вперемешку с пустыней конечно.—

И у меня вновь бегут мысли о городах и судьбах:

Это Андалусия, одна из исторических провинций Испании и совершенно заштатный городок, который просто очень удобно расположен, ведь мимо него никак не проедешь по дороге из Валенсии в Кордову и дальше Севилья. Из Мадрида в Гранаду и дальше Малага. Он буквально стоит на пересечении дорог, маленький узловой город, ключ ко всему этому региону. И он в руках Республики.

Вот и мы прибыли сюда, расквартировались на окраине, а сами рванули в центр. Очередное совещание предстоит, сейчас и еще завтра с самого раннего утра.

Я оборачиваюсь к Володе, сидящему рядом и спрашиваю:

— Ну что, Володя? Как тебе этот городок?—

Тот на мгновение задумывается и потом отвечает:

— Неплохо знаешь, Дан. Неплохо. Тихий, спокойный, как будто заснувший. Но по моему мы его сейчас разбудим. — Смеется Володя и я вполне с ним солидарен.

А мы приехали и уже выскакиваем из машины и марш-бросок до штаба. К нашей парочке уже привыкли и она не вызывает никакого удивления.

Успели вовремя и начинается совещание штаба операции. А там все полетело, отрывочные фразы, темп и явно ощущающееся нетерпение:

…… Подразделения прибыли, разместились, люди отдыхают…. Это высказался Ватутин

……. Разведка доложила, противник ждет и никаких передислокаций нет, все так же два узла обороны — в Кордове и Гранаде…… Это уже Маргелов.

……. Интер бригады подошли, разместились на отведенных точках…. Тут же поддерживает беседу Андре Марти.

……. Войска Республики на подходе, утром будут готовый к выдвижению…… Продолжает доклады Винсенто Роха

……. Воздушная разведка проведена, данные наземной подтверждены, противник стоит на старых позициях….отчитывается координатор авиа бригады майор Андреев.

И тут же добавляет:

— Район с воздуха закрыт, мы на марше отбили несколько атак, сбито четыре истребителя мятежников. У нас потерь нет.

Рокоссовский кивает, смотрит на меня, я киваю в ответ и он действует так, как мы и договаривались:

— Тогда мы все отдыхаем до завтрашнего утра. Совещание в 6.00, в 7.00 выдвижение, маршрут определим завтра. Авиации огромная просьба нанести удары сегодня вечером и завтра с утра по расположению мятежников в Кордове и Гранаде.—

Андреев тут же кивает в ответ, показывая, что понял и передаст.

— Мы спокойны, Смушкевич своего не упустит. — Н Понимаю я и мы расходимся на отдых, после этого очень короткого, но крайне продуктивного совещания.