Доминик поднял бровь. – Так ты знаешь, кто такие Джон Уэйн и Клинт Иствуд?

Она улыбнулась. – Возможно.

– Как это? – Даже Доминик не считал ее способной досмотреть вестерн до конца, чтобы знать, каких персонажей они обычно играют.

Остановив свой след, она отдернула руку. – Ну, это я должна знать, а ты должен узнать.

Дом уставился на нее, как будто ответ был написан у нее на лбу, но он не мог разглядеть мелкую надпись.

Он перехватил ее руку, прежде чем она успела уронить ее со стола, и взял в свою. – Скажи мне.

– Что мне за это будет?
– промурлыкала она.

Перевернув ее ладонь, он начал делать легкие начертания. – Чего ты хочешь?

Глаза Марии опустились к его движению. – Ты ночуешь у меня дома.

– Ты хочешь, чтобы меня вывезли в мешке для трупов?

Мария медленно покачала головой. – Мертвым ты мне не поможешь.

– Буду, - Доминик провел мурашками по ее ладони до руки, - если только ты поймешь, что я не собираюсь заниматься с тобой сексом до свадьбы.

Пора было попробовать другую тактику. – Знаешь, сколько мужчин умрет, если я сделаю им такое предложение?

– Скажи мне, кто они, и я сделаю это, принцесса.

Мария была потрясена его словами. – Ты позволишь мне переспать с ними?

– Нет. – Он перевел взгляд с ее ладони на ее голодные глаза. – Я помог бы им умереть.

– О... – Мария перевела дыхание. – Тогда все в порядке.

Улыбаясь, он слегка ущипнул ее за середину ладони. – Ты злобная маленькая штучка.

Мария не вздрогнула, слишком увлеченная его действиями. – Тебя это не беспокоит?

– Нет. – Он показал ей голод в своих глазах. – Это меня возбуждает.

– Ты меня возбуждаешь, - с готовностью призналась Мария. – Хочешь, забудем про ужин и пойдем трахаться?

Перевернув ее руку, он коснулся ее безымянного пальца. – Нет, пока я не надену обручальное кольцо.

– Я бы предпочла, чтобы твой член был в моей...

Мария прервалась, когда принесли салаты.

– Веди себя хорошо, - тихо сказал Доминик, когда они снова остались одни.

Мария, однако, не была так спокойна.

– Мой отец сказал бы тебе, что я никогда не умела себя вести.

Взяв в руки вилку, Мария не ожидала такого ответа. – Принцесса, ты можешь быть такой плохой, какой захочешь, и я никогда тебе не откажу.

Черт побери. Доминику становилось все труднее сопротивляться, когда он пытался овладеть ею с такой прелестной свободой, но даже Мария понимала, что это всего лишь уловка.

– Точно. Как будто я в это верю. Как только на моем пальце появится твое кольцо, ты превратишься во всех остальных чрезмерно заботливых мужчин в моей жизни.

– Нет, не превращусь. – Доминик поклялся ей в этом. – Только представь, Мария... со мной ты можешь делать и быть всем, чем захочешь.

Затаив дыхание, она увидела, насколько правдив он был за своими карими глазами. – Размер кольца - шесть.

Тридцать девятая глава

Невозможный мужчина для соблазнения

– Ты сказала мне, что хочешь пойти в бар, Мария, - гортанным голосом предупредил Доминик, пытаясь дать ей понять, что она все равно не добьется своего, пока они добирались до ее двери.

– Так и есть. – Мария достала телефон из клатча, чтобы разблокировать дверь. – Только сначала мне нужно освежиться.

– Угу. – Очевидно, он ей не поверил. И, вероятно, не без оснований.

Хотя у Марии было гораздо лучшее место для выпивки здесь, в отеле "Казино", она планировала затащить Доминика в свою постель.

Кто бы мог ее винить? Доминик - просто красавчик.

Улыбаясь, Мария открыла дверь, и они оба вошли внутрь.

– Я подожду здесь, - сказал он ей, проходя в гостиную.

Мария одарила его знойной улыбкой. – Если хочешь, можешь подождать в моей комнате?

– Ни за что, принцесса, - сказал он, демонстрируя свои ямочки и усаживаясь в большое бархатное кресло.

Мария издала длинный, полный раздражения вздох. – Вас невозможно соблазнить, Доминик Лучано, надеюсь, вы это знаете.

– Ну, может быть, - Дом лениво откинулся в кресле, раскинув руки на подлокотниках, устраиваясь поудобнее, - ты недостаточно стараешься, Мария Карузо.

На секунду ей показалось, что она грезит, собираясь помахать белым флагом в попытке соблазнить его. Но чувственный взгляд, которым смотрел на нее Дом, говорил об обратном - Доминик явно наслаждался ее бесконечными поддразниваниями и не хотел, чтобы они прекращались. Если он думал, что она недостаточно старается, его ждали страдания.