Остается только надеяться, что у девочки, как у инициатора всех этих «чудес» данные процессы протекают по-другому. Иначе, просто не представляю, как она и дальше будет этим пользоваться!

Отвлекаюсь от раздумий. Наемница уже успела справиться с полуобездвиженным жалом и хорошенько его выдоила. Теперь она без всяких колебаний достала из рукояти своего кинжала крошечный пузырек. Наказала из него под язык Эдвардсу, и пару капель втерла ему в лоб.

Пройдоха улыбнулся, похлопал глазами, пробормотал что-то и разразился богатырским храпом.

– Все, - улыбнулась Язва, - минут пять поспит и проснется полным сил и энергии. Универсальный антидот. Очень дорогой, но гораздо дешевле того яда, что мы добыли. Даже разделенная на троих, солянка с ядом потянет на приличную усадьбу на краю приличного города.

Потом она взяла кинжал Эдвардса, влила в него намного Дара и пошла нарезать паука на ломтики.

Я отвернулся. Не знаю, для чего она это делает, но пауки мне одинаково неприятны, что целиком, что фрагментарно.

Как бы то ни было, играла в мясника наемница недолго.

– Вот оно что! – внезапно прозвучал ее удивленный и одновременно довольный голос. – Теперь понятно, что у них и как внутри устроено. Где лежит второй? Если я правильно все поняла, то смогу убить его одним ударом длинного клинка!

Показав ей направление, сам я туда не пошел. Зная таланты наемницы, лично я не сомневался, что одного удара ей действительно хватит.

Меня больше интересовали норы, в которых я нашел своих товарищей. Подойдя к ним, я отметил, что те уже более глубоки, взрослые люди теперь поместились бы туда полностью. Земля будто бы продолжала проваливаться куда-то вниз.

Внезапно храп Эдварса оборвался. Я обернулся, боясь, что с товарищем случилась какая-то очередная неприятность.

Но тревога оказалась ложной. Мужчина сидел на земли и с удивлением на лице поводил плечами, руками, корпусом и головой.

– Как же давно я не чувствовал себя так хорошо! – улыбнулся он стеснительно. – Будто четверть века с плеч скинул.

– Язва уже давно в себя пришла, - сказал я тоже с улыбкой, - а ты вот проспал все веселье.

– Я не спал, - возразил Эдвардс, - я не только находился в полном сознании, но еще и ощущал в нем присутствие других сущностей.

– Пауки, - понимающе кивнул я.

– Не только, - покачал головой Эдвардс, - здесь совсем неподалеку законсервирован еще один человек. Точнее, это уже не человек, а практически готовая пища для таких вот огромных пауков, чтобы они могли перейти на качественно новый уровень трансформации. Самих пауков вы тут уничтожили – в округе больше нет, но вот это неимоверно страдающее существо нужно найти и прекратить его муки. Я слышал только их слабые отголоски. Это нужно остановить.

– Один удар! Как я и предполагала!

Это вернулась довольная собой наемница. Они перекинулись с Эдвардсом парой фраз и быстро составили план осмотра местности.

Так мы разошлись в разные стороны, обследуя каждый свой сектор. Естественно, «повезло» нам с Экуппой. Хотя в этом жутком моменте я участия почти что не принимал. Стоило мне взглянуть на то создание, что еще совсем недавно было живым и здоровым человеком, как я едва не потерял сознание и, не осознавая, что делаю, внезапно оказался в белой комнате. Экуппа, будто только того и ожидала, сразу же вынырнула в реальность и с помощью усилия воли и Дара в одно мгновение прекратила нечеловеческие мучения бедолаги. Заодно она сожгла и мириад мелких кишащих снаружи и внутри бедного существа паучков. Но это были цветочки. Оказалось, что у этих останков, утративших человеческий облик и рассудок, все еще была душа. И моя милая девочка не собиралась так просто отпускать ее на свободу.

Не уверен, что все происходило именно так, как я сейчас попытаюсь это передать, но чувствовал это я примерно так:

Одной рукой Экуппа держала чужую душу, второй – пыталась хоть как-то, временно подлатать искалеченное тело. Душа почему-то осознавала, что происходит даже лучше меня и всеми доступными ею силами пыталась ускользнуть. В один момент это у нее почти получилось, но я, удивленный и заинтригованный, неожиданно для самого себя пришел Экуппе на помощь. Протянув руки прямо сквозь интерактивную стену, я крепко вцепился в едва видимую глазом дымку. Звучит, конечно, неправдоподобно, но именно так все и было. Я понимал, что держу душу отнюдь не руками, но так мне было проще и привычнее концентрировать силы и внимание.

Стоило мне включиться в эту недетскую игру, как чужая душа поникла и, кажется, сдалась.

– Спасибо! – горячо прошептала Экуппа. – И дальше держи ее так же крепко, а я полностью займусь бальзамированием того, что осталось от тела. Еще немного и ее можно будет вернуть обратно.

– А смысл? – уточнил я, стараясь, в прочем, не ослаблять фокусировки внимания на удержании души.

– Потом, все потом, - ответила Экуппа, - смысл есть!

Я стоял и держал слабо трепыхающуюся душу, наблюдая за движением солнца по небосводу. Казалось, что проходят часы – так окаменели у меня все мышцы, и потяжелела голова, но светило не сдвинулось и на миллиметр.