После того как Марик завершил установку защитного барьера, он решил разведать обстановку за пределами их временного убежища. Осторожно подобравшись к выходу из пещеры, он столкнулся с мощным разгулом непогоды, которая, казалось, собрала в своих вихрях всю ярость зимнего стихийного беспредела. Буран не просто продолжал своё безумное пиршество, он словно набирал силу с каждым мгновением, превращаясь в беспощадный вихрь, способный без труда стереть с лица земли всё живое.

Снежная буря, усиленная ледяным шквалистым ветром, кружила в безумном танце, укутывая всё вокруг плотным снежным покрывалом и делая невозможным даже кратковременное пребывание на открытом воздухе без серьёзного риска для жизни. Даже самая продвинутая и тёплая экипировка не спасла бы разумное существо от мгновенного обморожения в таких условиях.

Марик, встретившись лицом к лицу с этим безумием природы, осознал всю серьёзность ситуации. Беспощадный ветер, уносящий снежные вихри в непроглядную даль, и ледяной холод, проникающий до костей, стали наглядным напоминанием о том, что природа Холпека не знает пощады, и каждый шаг здесь может стать последним. Возвращаясь обратно в тепло и безопасность пещеры, он искал способ продолжить путешествие в условиях, когда даже сама природа становится врагом.

Внезапно Марик почувствовал острую тревогу, инстинкты предостерегали его о невидимой угрозе. Сердце его забилось, и он приготовился к возможному противостоянию, активируя ментальную команду котомке для мгновенного доступа к своему верному топору.

Он замер на месте, пытаясь проникнуть взглядом сквозь пелену мрака пещеры, разделяющего его и потенциальную опасность. Тишина вокруг нарушалась лишь свистом ветра снаружи пещеры. Марик повернулся кругом, его взгляд медленно скользил по стенам и потолку пещеры, ища источник тревоги.

— Если бы я хотел тебя убить, ты был бы уже мёртв. Скверно, Марик, очень скверно! Уж ты-то должен чувствовать опасность. Как ты мог допустить такую оплошность с медведями? Стыдно мне за тебя, юнец, — раздался старческий голос из самого тёмного угла пещеры.

Эти слова вызвали в душе Марика смешанные чувства. Тут были и страх, и удивление, и чувство вины. Голос принадлежал невысокому существу, чья фигура была едва различима и мерцала в полумраке, как призрачное видение.

— Кто ты? Покажись! Иначе я изрублю тебя на кусочки. Не пристало так подбираться к незнакомцам, — воскликнул Марик, наполнив свой голос ледяной угрозой, при этом он усилил зрение, пытаясь рассмотреть говорившего. Оценив его размеры и контуры, бармен пришёл к выводу, что перед ним стоит существо, сильно напоминающее кобольда. — Внизу отдыхает отряд из пятидесяти бойцов. Мародёр, если ты задумал глупость, то не советую, я тебя быстро отправлю на колбасу. — Произнося эти слова, Марик использовал свою способность по ментальному воздействию. Фиолетовый дым, словно волшебный туман, моментально окутал всё пространство вокруг, создавая иллюзию неимоверной силы, исходящей от бармена. Однако на кобольда это, похоже, не оказало никакого эффекта. Туман обтекал его, будто встречаясь с непреодолимой преградой.

— Марик, твои фокусы на меня не подействуют, да и не пристало так встречать старых друзей. Мы ведь отлично знакомы. А ты молодец, ловко с отрядом воинов выкрутился. Будь я мародёром, возможно, и сдрейфил бы. Но я прекрасно знаю, что кроме тебя внизу только вергилец Кожи и землянин Кравцов, — произнёс кобольд с долей иронии, но таким тоном, что не поверить ему было невозможно.

С этими словами маленькое существо вышло из тёмного угла и показало своё лицо. Его черты были остры, как скальные выступы, а огненно-красные глазки сверкали хитринкой и доброжелательностью одновременно, создавая портрет необычного персонажа, в котором сила и мудрость сочетались с неожиданной открытостью.

— Гироха, какого чёрта? Как ты здесь оказался? Что тебе нужно, старый пёс? — мгновенно расслабившись, воскликнул Марик, похоже, он был рад встрече с давним знакомым.

— Слушай, дурень, ты ведь уже не маленький, и должен понимать, что мелкий кривой старикашка ни разу не переживёт путешествие по поверхности на такое расстояние, да ещё и в такой буран. За пределами пещеры сейчас минус сто двадцать и ветер в пару сотен километров в час. Включай голову, болван. Посмотри, во что я одет. Это же лохмотья! В них, наверное, и на первом-то уровне холодно, не то, что здесь, — с лёгким укором сказал кобольд, и его глаза засветились красным, придавая его облику мистический вид.

— А, это ты, уравнитель! Я и забыл, какой у тебя скверный и заносчивый характер. С чем пожаловал? Всё вроде идёт своим чередом? — проворчал Марик. Его голос звучал несколько утомлённо, словно он не был рад встрече с этим персонажем, однако в его интонациях чувствовалось и уважение к собеседнику.

— Ты уверен, что всё идёт своим чередом? А вот мне так не кажется. Один член твоего отряда лежит без сознания, а второй иссушил себя ради его лечения и остался без капли энергии. Да вас сейчас просто голыми руками брать можно! Или ты думаешь, что справишься один с отрядом ловцов «Круга»? Да, дружок, птичка принесла на хвостике, что за вами пустили погоню. Вот не поверили внизу, что какой-то олух мог где-то достать костюм вылазчика такого качества, — с недовольством и явным подтекстом отметил уравнитель. Его слова вызвали у Марика ощущение надвигающейся угрозы.

— А мы-то тут причём? Все претензии к божественным кузнецам, — промолвил Марик, его голос звучал спокойно, но в словах чувствовалась лёгкая ирония и несколько обиженный оттенок.

— Какие же вы мелочные, людишки, вечно переводите стрелки друг на друга, — философски ответил уравнитель, но в голосе его слышались лёгкий укор и разочарование. Он махнул рукой, как будто пытаясь развеять невидимую пелену непонимания. — Не переживай, эти два олуха в своё время получат по заслугам за эту оплошность. Совсем ущербные стали, одичали, не думают головой. Нарядили новичка в костюм, который даже самый опытный вылазчик с трудом может себе позволить, и отправили в Предел без сопровождения. Впрочем, ладно, что мусолить то, что уже случилось, нужно работать с тем, что есть сейчас, — сказал он с терпением мудрого человека, вынужденного постоянно сталкиваться с тупостью подопечных.