Еще не победили, мысленно проворчал раздраженный Олег. Ну как сглазит?

— Покарайте меня вашим чудесным клинком за злые мысли или примите клятву! Позвольте мне служить вам до последнего вздоха и карать зло от вашего имени! Стать вашим храмовником! Если я хоть на мгновение поддамся злу или усомнюсь в чистоте ваших помыслов, то пусть ваш клинок покарает меня в тот же миг!

Олег стоял и устало смотрел на преклонившего колено Кассаха, ощущая лишь онемение в мыслях и легкие укусы холода там, где на кожу падали хлопья снега. Десяток Кассаха и беженцы, сама природа, все вокруг словно замерло в ожидании ответа Олега. Как мог он принять такую клятву, что он - бог, чтобы Кассах становился его храмовником? Но как он мог не принять такую клятву, идущую от самого сердца?

Олег попытался подавить раздражение от ощущения будущих проблем и тихо вздохнул.

— Поднимись, храмовник Кассах Увар, - сказал Олег, возвращая тому меч.
– Я принимаю твою клятву.

День 95

Торжественность момента нахлынула и спала, а снег, падающий с небес, остался. Равно как и толпа беженцев, и без того еле стоящих на ногах.

— Отправьте гонца в поселение, - распорядился Олег, - пусть оттуда пришлют людей, еды, захватят одежду, носилки, дров, вдруг потребуется кого-то отогреть.

Что ты делаешь, билась внутри мысль, зачем ты спасаешь еще этих ходячих источников раздражения и шума. Не делай ничего, пусть половина умрет по дороге, а вторая потом от болезни, ты уже спас их и прославился, все равно для них нет ни жилья, ни еды.

Олег охотно придушил бы этот внутренний голосок, но все же не настолько любил людей. Но и воли этим мыслям давать не стал, продолжил распоряжаться.

— Носилки и дрова - можно набрать в лесу у Кряжа, отрядить туда людей, кто сможет потом догнать.

— Сделаем, тар, - заверил его Дарун Цот, оказываясь рядом, - попутно немного следы заметем, если потребуется.

— Ты способен скрыть уничтожение целого ущелья?
– спросил Кассах, выходя из образа храмовника.

— А кто знал, что оно тут есть?
– хмыкнул Дарун.
– Если кто из дохляков остался, порубим и перетащим, снежком присыплет, до весны хватит, чтобы обмануть взгляд, если кто явится по следу. А там и дохлая плоть разложится, и мы чего-то еще да придумаем.

Точно, подумал Олег, вылазки в леса за кряжем, тут нужны лыжи и снегоступы. Датчики на скалах - неплохо, но кто знает, что будет зимой? Беженцы беженцами, но изначально же целью ставилось обнаружение нежити, и что было бы, пойди армия их чуть восточнее или западнее?

— Придумаем, - согласился Олег, - и обсудим это позже. Сейчас важнее всего довести людей до жилья, не дав умереть по дороге.

Трехдневный переход, если не больше, а люди лишились всего или почти всего. Что они тащили с собой, осталось в лесу, захваченное нежитью. Не говоря уже о стимулирующих пилюлях, после которых рекомендовался отдых и обильное питание.

— Возможно, в лесу осталось что-то из их вещей, - добавил он.

— Найдем, тар, все найдем, не сомневайтесь, - заверил Дарун, и отступил, склонив голову.

Те, кто сражался рядом с ним и Кассахом, тоже зашевелились и забегали, беженцы начали сбиваться в кучи и плач там перемежался с криками гнева и радости. Олег подумал мимоходом, что наверняка там найдется еще парочка будущих мрачных мстителей, вроде Марбуха, но разум его переключился на другое.

Люди, радуясь победе, собираясь выживать и пытаясь понять, кто им пришел на помощь, в то же время, не слишком приближались к нему и Кассаху. Олег мог понять такое отношение, все же он тут считался таром, владельцем земель и лесов (пусть и по праву самозахвата), а сейчас на их глазах уничтожил целую армию нежити.

Чуть измени обстоятельства и легко можно было бы получить новую волну криков о бадрасах и баомеро. Но присутствие Кассаха, возможно, сдерживало людей, все же храмовник и те стояли в местной иерархии высоко, пожалуй, что и повыше всяких там таров. Подобное отношение людей - подобострастное, и в то же время полное опасений и страхов - тоже раздражало Олега, которому не нравилось, что его боялись. Не говоря уже о том, что все это напоминало истории из прошлого Земли, рода с их силами крови и как они считали обычных людей за скот, и иногда даже ели их, словно коров или баранов, случалось и такое.

Хотел ли Олег, чтобы его считали подобным "родовичем"? Нет.

Но в то же время, сам этот раздражающий элемент нес в себе нечто полезное или способное оказаться полезным в будущем. Не подходят? Меньше общения! Боятся? Не будут дергать из-за всяких пустяков. Боятся и почитают? Тем охотнее выполнят приказы, пусть криворуко, но зато хотя бы старательно! Если делегировать задачи управления тому же Бартану... то, что осталось бы самому Олегу? Сидеть у себя в пещере и пересматривать медиатеку?