– А почему он здесь? – Шашкин также не думал здороваться со Степаном. – Разве капитан Круча не отстранен от должности? – продолжал он.

– Вообще-то я просто в отпуске…

– И что вы здесь делаете?

– Пропавшую Евгению Шашкину ищу, – кивнув на Логачева, сказал Степан.

– Не надо никого искать! – отрезал Шашкин.

Степан удивленно глянул на Кузовикова, тот мотнул головой, делая такой же отрицательный жест и рукой. Даже глазами давал понять, что проблема уже решена.

– Неужели нашлась?

Кузовиков кивнул, отвечая Степану, а Шашкин мотнул головой.

– Не надо трогать мою дочь!

Степан поднял руки, давая понять, что сдается перед непреодолимой силой чиновничьего маразма. Всю ночь в разъездах, сексота важного своего потревожил, бандитов задерживал, а ему за это плевок в лицо. Ну спасибо!

– Я хочу сделать заявление! – поднялся вдруг с места Логачев.

Шашкин недоуменно повел бровью, но кивнул, соглашаясь выслушать его.

– Капитан Круча бросил меня в камеру к бандитам! Он хотел, чтобы они меня убили!

Кузовиков округлил глаза, изображая праведный гнев и возмущение.

– Что вы на это скажете, товарищ капитан? – приосанился Шашкин.

– Есть блондины, есть брюнеты, их сразу видно, а бандиты – понятие относительное. Как их, бандитов, от законопослушных блондинов отличить?..

– Не надо изворачиваться, не надо!

– Вот вы на гражданина Логачева гляньте! – Степан кивком указал на задержанного. – С виду законопослушный гражданин! В ресторане вчера отдыхал, в компании порядочных людей.

– Вот, отдыхал, никого не трогал! А капитан Круча хап меня – и в кутузку! – закивал бандит.

– Потому что ты состоишь в банде Сафрона. И знал, куда Верзила увез дочь товарища прокурора!

– Не знаю, кто такой Сафрон! Не знаю ни про какую дочь! – мотнул головой Логачев.

– Я все понял! – презрительно глянув на Степана, усмехнулся прокурор.

Не искал капитан Круча его дочь, даже не пытался, только вид делает. Стыдно ему должно быть, очень стыдно!..

– А с этим гражданином, – Шашкин строго посмотрел на Кузовикова, – провести служебное расследование… Нет, я пришлю следователя, проведем проверку по факту злоупотребления служебными полномочиями, если факты подтвердятся, придется возбуждать уголовное дело… Вы меня понимаете, товарищ капитан?

Степан стиснул зубы, в упор глядя на зажравшегося прокурора. Он не знал, что за вожжа попала ему под хвост, с чего это он так взъелся на него, но выходить из себя не станет. Не даст он этому жирному борову повода для радости. И рапорт на увольнение точно подавать не станет. Он же не чмо какое-то, чтобы в позу обиженного становиться. И если прокурор объявил ему войну, он ответит тем же. Начать можно с «десятки», на которой ездит его дочь. Модель эта производится с позапрошлого года, машина не может быть старой, стоит прилично. Откуда у прокурора деньги?.. Можно выяснить и другие факты незаконного обогащения. Главное, не унывать, а работать Степан умеет… Зря эта свинья связалась с ним! Ох и зря!

– Вы меня понимаете, товарищ капитан? – повторил Шашкин.

Но Степан продолжал красноречиво молчать.

– Отвечать нужно, когда вас спрашивают! – распалился прокурор.

– Вы мне не начальник, – тихо сказал Степан.

Не вопрос, прокурор большая величина, за ним надзор за милицией, он мог возбудить уголовное дело, посадить. Но при всем при этом Степан ему не подчинялся. Ну, если только в рамках уголовного дела, если Шашкин вдруг возглавил следствие по факту убийства того же Катафьева.

– Что?! – вскинулся Шашкин.

– Я все понял, я в отпуске. Разрешите идти? – обращаясь к Кузовикову, спросил Степан.

– М-да! – глянул на начальника отдела и прокурор, закатив при этом глазки.

Да уж, распустил Кузовиков подчиненных, ни стыда у них, ни совести!

– Сначала объяснение напишешь, – качнул головой Кузовиков.

Шашкин одобрительно кивнул, смерил Степана взглядом и ушел.

– И гражданин… – глянув на Логачева, щелкнул пальцами Кузовиков. – Он тоже напишет объяснение.

– Но не здесь, – качнул головой Круча.

– Не здесь.

Кузовиков лично отвел Логачева к начальнику следственного отделения, поставил ему задачу и вернулся к Степану.

– Молчать тебя не учили? – разгоряченно спросил он.

– А в уголовном розыске без этого никак?

– В уголовном розыске…

– Даже стесняюсь спросить, что там с Шашкиной?

– Вернулась Шашкина… Ее отец считает, что в этом нет заслуги уголовного розыска.

– Ну да, значит, я зря вчера к Сафрону ходил, – усмехнулся Степан.