Раэль спокойно восприняла эту новость, хотя слово «командировка» до сих пор вызывала у нее неприятные ассоциации.

Первоначальный замысел Вина относительно Фетиды был в том, чтобы просто не говорить ей о командировках, но в конце концов, он решился поставить все точки над «и» в разговоре с ней и набрал ее номер:

— Фетида, привет! Мне нужно поговорить с тобой.

— Что случилось? — встревоженно спросила девушка Вина.

— Дело в том, что я в прошлый согласился на одну вещь, не подумав. Я про мои командировки, в которых ты хотела участвовать.

— А что не так? Я просто хотела составить тебе компанию, — обиженно сказала Фетида.

— Я подумал, поговорил с Раэль и понял, как это воспринимается со стороны. Симпатичная девушка приезжает к женатому мужчине... Нет, это никуда не годится!

— А, если Раэль против, тогда понятно, — протянула Фетида.

— Дело не только в Раэль, я тоже против. Тогда я дал согласие бездумно. Прости меня, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть.

— Да я все понимаю... Просто мне хочется с тобой чаще общаться, а обычно ты занят в свободное время с семьёй.

— Фетида, такой уж у меня образ жизни. Мне кажется, тебе стоит выбираться на какие-то мероприятия, знакомиться с людьми. В конце концов, может быть, какой-то мужчина тебе понравится и ты захочешь быть с ним в отношениях.

— Но мне уже нравишься ты! — выпалила Фетида, краснея.

— Ты мне как сестра, к тому же я счастлив в своих отношениях. Наверное, нам не стоит сейчас общаться, чтобы ты смогла быстрее переключиться на кого-то другого.

— А если я не хочу другого? Для меня ты идеальный мужчина, Вин. Ты красивый, умный и добрый. Все это не так уж часто встречается в одном человеке.

— Но не все же происходит только так, как ты хочешь, — заметил Вин.

— Мне обидно, что ты не воспринимаешь меня как девушку. Я даже стала сомневаться в своей привлекательности, — с горечью произнесла Фетида.

— Нет, ты очень красивая, я вижу это! Просто я люблю Раэль и я однолюб. Я не собираюсь ей ни с кем изменять.

— Мне сложно будет смириться с этим, но я тебя понимаю, во всяком случае стараюсь понять. Надеюсь, и ты меня понимаешь тоже. Я постараюсь больше не беспокоить тебя и твою семью.

— Спасибо тебе большое, Фетида. Если у тебя будут прочные чувства к другому человеку, мы сможем с тобой видеться, как минимум у нас есть общие темы — это Феникс и Веста.

— Точно! Я теперь, правда, все реже с ними созваниваюсь. Она возложили на меня все руководящие обязанности, и я очень горжусь тем, что мне доверили целую компанию.

— Ох, я им и вовсе редко звоню... Все как-то поводов нет, какими-то негативными событиями я их расстраивать не хочу, а то хорошее, что уже есть, мне кажется скучным для рассказов.

— Они любят тебя, Вин, я это хорошо чувствую. И меня они полюбили тоже.

В итоге Вин умудрился даже не упомянуть в разговоре с Фетидой ту самую командировку, которая стала предлогом поговорить с ней.

В жизни Габи начался новый период — он стал ходить в художественную школу. Обучение рисованию для детей мало изменилось за последние десятилетия. Ребенка учили владеть разными техниками и способами рисования, учили пространственному мышлению, композиции, рисовать с натуры и так далее.

Габи и до этого увлеченно рисовал и выражал так в том числе свои мечты, желания, страхи и привязанности. Теперь же он мог рисовать запоем по несколько часов подряд.

Вин и Раэль очень ценили его творчество. Самое главное, что ему удавалось внести в рисунок эмоциональную окраску. И сами рисунки были очень симпатичными.

Габи много рисовал животных и птиц, бабочек и других насекомых. У него получалось своеобразно, но похоже на правду.

У людей он схватывал самые характерные черты и передавал их на бумаге. У него была отличная зрительная память и чувство цвета. В общем, задатки художника были налицо.

Раэль сравнивала его рисунки с рисунками других детей того же возраста, даже со своими детскими рисунками и практически всегда рисунки Габи были интереснее.

Больше всего Габи любил рисовать именно на бумаге акварельными карандашами и красками, а на графическом планшете рисовал реже.

Как-то он подарил Рати ее портрет — девочка на рисунке улыбалась и была такой же аккуратной и симпатичной, как и сама Рати. Вообще она была немного похожа на Мальвину из сказки, только голубых волос у нее не было.