Волчица повела её подальше, вглубь. Тут следы стали странными, они петляли. И Аня почувствовала запах крови — он забился нос, подобно сигаретному дыму. От него невозможно укрыться, но он не раздражал, а звал. Аня почувствовала, как слюна капает на снег. Её живот крутило и штормило — она была страшно голодна.

Они оказались посреди близко стоящих деревьев. Они были распложены так плотно, что между ними не пройти, пришлось обходить. И вот за ними, прикрытые снежными ветками елей, лежало несколько мужчин.

Аня завиляла хвостом — она смогла их узнать. Там, во сне, она видела их — в плотных пуховиках, с рациями. Она помнила, как они смеялись, а потом возмущались. Тогда они казались ей здоровыми и крепкими, сейчас напоминали детей, сваленных в кучу. Некоторые были ранены, это от них так сладко пахло. Одежда в некоторых местах разорвана, на оголенной коже видны следы клыков. Некоторые словно спали, покрылись снегом и были бледны, как мертвецы. Но они были живы, Аня чувствовала. Двое из них сидели чуть в стороне. Они сжали друг друга в объятиях и широкими глазами смотрели на Аню. Часто и испуганно дышали. На них не было обуви, их ноги окоченели. Если Аня откусит им пятки, они даже взбодрятся…

— Вот и все, Миш, — сказал один из них. Он крепко сжал своего друга и зажмурился. — Надька меня на том свете убьет.

— Дьявол раздери Дорофеевых, — второй плакал от боли и страха. Она начал махать перчаткой и попытался кричать. — Прочь! Фу! Убирайся!

Волчица рядом зарычала, и он сразу же прекратил. Она намекала Ане, тыкнулась в нее носом.

«Это для тебя» - говорила она.

Аня подошла к мужчинам вплотную и обнюхала их. Еще пахнут сигаретами. А один пах знакомо… Терпкий, пряный аромат крепкого кофе… Аня облизнулась, и мужчины сжались.

Перед ней возник образ маленького кофейника, улыбка юноши. А потом он оказался так рядом, что Аня заскулила. Она отбежала от мужчин, а волчица рыкнула на нее, призывая не мешкать. Остальные тоже чуят их, и они ждут, когда им разрешат присоединиться к трапезе. Аня зарычала следом и развернулась к белой волчице. Та непонимающе оглядела её и громко фыркнула. Аня начала негромко лаять на нее, и та раздраженно клацнула зубами.

«Если ты не отпустишь эти чувства, ты отравишься» - знала Аня.

Но она хотела отравиться. Что-то ей говорило, что пути назад не будет, если она сделает это. Она рычала на белую волчицу, призывала её уйти. Я справляюсь, говорила Аня. Но я не хочу, чтобы ты смотрела.

Белая волчица нехотя попятилась. Она относилась к Ане как к нерадивой дочери и покачала головой. Не задерживайся, приказала она. Молодые тоже хотят есть. Аня сама это знала, их голод был её голодом. Волчица ушла и когда её запах растворился в ночной пурге, Аня развернулась к мужчинам.

Некоторые из них очнулись, но не смели нападать. Они переглядывались и будто общались телепатически. Но не смели нападать — слишком ослаблены они были. А Аня была здоровой, она возвышалась над ними и могла откусить каждому голову, если бы захотела.

Но она хочет… отпустить их. Туда, где пахнет кофе, туда, где её кто-то ждет. Сердце жалобно билось, она сдерживалась, чтобы не заскулить, как брошенная псина. Аня негромко залаяла на них, и они вздрогнули. А потом стала тыкаться мордой в еще лежачих. Развернулась и стала топтаться вокруг и иногда лаяла. Она пыталась им сказать, пыталась объяснить — она не могла больше говорить.

— Мне кажется или нас не будут есть… — зашептал кто-то.

— Надо убираться. Хватай Митю за руки, я за ноги.

— А куда нам идти? Эти твари утащили нас черт знает куда…

Аня залаяла и повернулась в нужную сторону. Она помнила, откуда пришла. Там жили обитатели её сна, туда им нужно вернутся. И тогда, может быть, они вернуться за Аней…

— Эта зверюга что делает? — шептались они дальше.

— Кажется, хочет помочь…

— Глаза знакомые у нее.

Аня одобрительно завиляла хвостом и мужчины непонимающее переглянулись. Они стали вставать, усталые и слабые. Дойдут ли они? Аня начала подталкивать их в спину — им надо спешить! Волчица узнает, она всегда все знает. Аня стала прыгать вокруг них и отбежала вперед, намекая, чтобы они шли за ней.

И они пошли! Медленно перебирая ногами, они двигались следом. Вьюга сжалилась и отступала. А скоро поднимется солнце и осветит им путь! Аня чувствовала это. Она бежала вперед и всегда возвращалась, проверяя, все ли идут. Они несли одного из своих, что так и не пришел в себя. Аня принюхалась к нему — совсем слабый, но должен выжить, если доберется до теплого крова. Она старалась подавить в себе желание крови.

Она должна постараться…

Иначе она пропала.