– Они дали тебе бессмертие, - тихо и с нотками злости произнес Ийессамбруа.

Менсенир выдержал его взгляд.

– Почти бессмертие, - поправил он. – Но для человека я прожил невероятно долго… Достаточно долго, чтобы увидеть, куда привели мои действия… Целый мир был мне благодарен. Самые могущественные существа, которых я когда-либо встречал, желали отплатить мне за спасение их мира. Они предложили выполнить любое мое желание…

– И ты создал Столпы!
– в желтых глазах Ийеса полыхал укор, словно пламя.

Самый древний маг нашего мира выдержал обвиняющий взгляд Сумеречной Твари.

– Я попросил грифонов, чтобы они помогли отвоевать Эланрион и победить Тьму в нашем мире, - тихо произнес он.

– Почему их, а не народ Йолина?! – удивленно спросил Хэллорд.

Я уставился на наставника Белизара, безмолвно вопрошая о том же. На его месте я бы определенно заключил союз с драконами. Хотя, конечно, хорошо, что он этого не сделал. Иначе Ийес бы никогда не откликнулся на мой Призыв.

Менрисенн тяжело вздохнул.

– Потому что Йолин был с самого начала против этой затеи?
– догадался Ийессамбруа. – Ведь так?

– Да, - глухо произнес маг. – Он сразу предупредил меня, что из этого не получится ничего хорошего. Но я не послушал. Я думал, что победа Света положит конец войне. Никто больше не пострадает… Как же я ошибался!

Менрисенн бессильно закусил губу. Он думал, что принесет мир Светлым и Темным землям. Но вместо этого привнес нечто куда более страшное, чем просто война. Он дал светлым магам преимущество.

Рендзал любил это словечко «равновесие». Он говорил, что оно должно быть в моих мыслях и заклинаниях. Что беспокойный ум такого наворотит, что учитель потом хоть год расколдовывай! Еще однажды, я спросил его, что бы он сделал, если бы смог повторить заклинание Мелиссары Смертоносной, только, чтобы уничтожить Свет, а не Тьму.

«Я бы никогда не сделал такого!» - был ответ.

Думаю, Рендзал Темный понял бы, почему не следует делать того, о чем Менрисенн попросил тогда Светлых Стражей. Но сам Менрисенн еще не был умудренным опытом стариком, прожившим столетия. Он верил, что так будет правильно. Свет, а значит, добро должно править. Тьме же останется лишь подчиниться. Он не учел двух вещей. Среди темных хватало тех, кто готов сражаться даже с противником много сильнее себя, на стороне которого дерутся огромные крылатые существа с мощными клювами, когтями, способными разорвать человека напополам и, вдобавок, обладающих магией. А еще светлые маги в бою были не добрее всех остальных.

Менрисенну не давали покоя смерти, что были на его совести еще с тех пор, как он впервые попал на поля боя. «Темные мерзавцы» зачастую оказывались ровесниками, как и он отправившимися на войну за подвигами. Приграничные деревни темных горели ничуть не менее ярко, чем светлые. А обезумевшие от крови и ярости светлые воины – это даже хуже, чем темные. Последние хотя бы не так часто отрицают перед собой, во что способна превратить их война.

Тьма не сдалась. Зато светлые маги, Призывая грифонов, беспощадно уничтожали всех, кто вставал у них на пути. Менсениру пришлось смотреть, как грифоны, чей небесный танец когда-то его завораживал, разрывают на части кричащих людей. Кровь и сражения на них отражались не меньше, чем на людях. И даже более, ведь внутри них таились куда более хищные инстинкты, чем у их наездников.

– Я хотел дать светлым магам друзей и союзников! – с горечью произнес Менрисенн. – Хотел, чтобы воцарился мир и мудрое правление Света… Но Владыка Светлых земель был не мудрее, чем все остальные правители. Ему было мало власти и он продвигался в Темные земли все глубже, а крови лилось все больше… Тогда я попытался все исправить. Сделал так, чтобы темные маги тоже могли Призывать…

Так в наш мир впервые пришли Сумеречные Твари. Вслед за Светлыми Стражами. Они встали на сторону темных, восстановив равновесие. Бойня прекратилась, но теперь драконы и грифоны были вынуждены воевать между собой.

– Вдобавок ко всему, нашлись те, кому не хватило силы и власти, которую давал Призыв, - мрачно произнес Менсенир. – Несколько могущественных магов объединились. Они нашли Столпы Призыва и изменили их так, чтобы связывать призванное существо волей мага, его призвавшего. Теперь Сумеречным Тварям и Светлым Стражам приходилось безоговорочно подчиняться Приказам, когда они попадают в наш мир. Если раньше они порой просто покидали поле боя или даже переходили на другую сторону, то теперь они не могли вернуться домой, не исполнив Приказ… Йолин был вне себя от гнева.

– Так почему же ты все не разрушил Столпы Призыва еще тогда? – тихо спросил Белизар.

Встретившись взглядом с полыхавшими яростью желтыми глазами Ийеса, я вздрогнул. Казалось, еще мгновение и он обрушится на древнего мага, чтобы стереть его в порошок!

– Потому что Йолин меня убил, - просто ответил Менсенир. – Он подумал, что это я изменил Столпы, подчинив его народ. Йолин был единственным драконом, что умел являться в наш мир без Призыва. Он настиг меня по дороге к Столпам. Я пытался объяснить ему, что хочу их разрушить, но он мне не поверил. Решил, что я планирую добавить к ним еще заклинаний, чтобы драконы и грифоны утратили те жалкие остатки свободы, когда находятся в нашем мире, что у них еще были…