Воцарилась небольшая пауза. Когда Мак снова заговорил, по его интонациям я понял, что он слегка поднял свои черные брови.

– А в чем дело? Они неплохо поработали с вашими волосами. Примерно такие же были у человека, которого они показали нам в том морге. Кроме того, они ввели вас в курс того, что любил и чего не любил покойный Нистром, рассказывали о его привычках, о том, как он вступает в контакт с нужными ему лицами, и сообщили его маршрут.

– Да, сэр. Они знают о частной жизни Гранта Нистрома больше чем достаточно. Такое не узнать при обычном наружном наблюдении, но как именно это стало им известно, они мне не сказали. И еще они мне не сказали, как Нистром погиб, хотя, по-моему, это вопрос, на который я имею право знать ответ.

– Может быть, им это неизвестно?

– Может быть, - согласился я.
– Но также не исключено, что они знают, просто не хотят сказать это мне. Они вообще очень избирательно выдают мне информацию. По их версии, агент, который вел этого джентльмена, услышал пару выстрелов. Он сидел в машине, пока Нистром обучал свою собаку где-то на лоне природы. Услышав выстрелы, агент решил подъехать и посмотреть, что случилось. Он обнаружил два трупа - человека и собаки. Он вышел, подошел к ним, стал осматриваться. В это время человек пробрался сквозь кусты, сел в стоявшую там машину и уехал.

Мак поморщился. Он не любил неумелых работников.

– Пожалуй, мистеру Смиту следовало бы научить своих сотрудников проявлять больше здравого смысла и меньше заботиться о конспирации.

– Да, сэр, - сказал я.
– Это была топорная работа. Может, агент не мог уберечь свой объект от пули. Может, это и не входило в его обязанности, но уж, по крайней мере, ему следовало бы появиться как можно более незаметно и постараться разглядеть убийцу. Кстати, винтовка была калибра ноль двести сорок три. Для профессионала маловато. Не знаю, вдруг это может оказаться существенным...

– Стреляли весьма профессионально, Эрик, - заметил Мак.
– Два выстрела - два трупа.

– Да, сэр, но профессионалы предпочитают не рисковать и пользоваться патронами более крупного калибра. Эта шести миллиметровая винтовка слишком легка. Гораздо сподручнее стрелять из, скажем, семимиллиметровой. Тогда не надо добиваться исключительно точного попадания.
– Я пожал плечами.
– Но, во всяком случае, позволив убийце скрыться незамеченным, агент вдруг начал вести себя достаточно разумно. Он быстро погрузил оба трупа в нистромовский дом на колесах и оттащил его в укромное место. Затем он вернулся за собственной машиной и немного почистил сцену. Поэтому, кроме нас, о смерти Нистрома знают только те, кто организовывал его убийство. По меньшей мере, мы исходим из того, что коммунисты, на которых он работал, еще не знают о том, что он мертв.

– Нельзя исключить вариант, что именно они его и убрали, - заметил Мак.
– Сплошь и рядом курьеров убирают их же соратники, когда те становятся ненадежными или, по крайней мере, кто-то так думает. Почему вы считаете, что сейчас перед нами как раз нечто в этом роде?

– Я задал тот же вопрос молодому человеку, который работает на мистера Смита.

– В чем же заключается ответ?

– Ну, во-первых, про это самое любительское ружье, - усмехнулся я.
– А кроме того, есть тут секретная информация, источник которой мне не сообщается, но смысл ее состоит в том, что наши друзья-коммунисты понятия не имеют о гибели курьера. Я обожаю секретную информацию, источник которой не сообщается мне, особенно когда от этого зависит моя жизнь...

– В таком случае, - задумчиво нахмурился Мак, - скорее всего, у вас две группы противников. Во-первых, профессиональная разведывательная сеть и, во-вторых, судя по винтовке, какие-то дилетанты, которые и убили Нистрома.

– Если информация из неведомого мне источника соответствует действительности, то да, - согласился я.
– Дай-то Бог. Иначе у меня будет очень веселое задание - попытаться убедить коммунистов, что я дух их курьера, которого они сами же ухлопали.

– Кроме того, вы рискуете встретить кого-то, кто знал настоящего Нистрома. Люди Смита отдают себе в этом отчет или нет?

– Да, сэр. Меня уверяли, что все будет в порядке, потому как Нистром якобы никогда не пользовался этим северо-западным маршрутом. По крайней мере, так считает мистер Смит. Лично мне кажется, что мне не удастся одурачить своей игрой даже тех, кто никогда не встречал этого самого Нистрома.

– В чем же проблема, Эрик?

– Помимо обычного риска и всех проблем, связанных с государственной безопасностью, - черт бы их побрал, они так и не сказали, что это за страшная тайна, о которой речь!
– я еще должен таскать за собой этого пса. Вы только полюбуйтесь на него.

Когда мы перевели взгляды на пса, он заколотил хвостом по ковру.

– Что вас в нем не устраивает?
– спросил Мак.

– Помните, нам показывали бедную собачку с дыркой в голове? Если вы не забыли, это было длинноногое создание, высокая поджарая собака. Ну, а с каким же партнером приходится выступать мне? Вы посмотрите на этот бульдозер? Он сильно смахивает на бочонок. Нет, это, конечно, умный пес, хорошо натасканный, и все такое прочее...

– Может, в этом-то вся соль?
– сказал Мак.
– Тренинг куда существенней внешнего вида. Известно, что собака Нистрома прошла специальную подготовку. Если вы появитесь с собакой, которая просто будет хорошо к вам относиться, вас тотчас же разоблачат.
– Помолчав, он добавил: - К тому же это скорее проблема мистера Смита.