– Я думал, ты в сети!

Не заметить досаду было невозможно, но Алексей проигнорировал настроение товарища.

– Тут и без сети есть о чем помозговать, - отозвался он.

– Вчерашний файл?
– Дэн мигом забыл про модем.
– Что в нем?

– Ну... Я пока не понял. Похоже на базу данных. Записи я кое-как вычленил, но кодировка черт знает какая. Ничего не разобрать! И смотри, что странно: на один символ приходится 32 бита.

– Расширенный uniсodе?

– Ты что, с луны упал? Unicode всего 16 бит.

– Лёх, а вдруг вчера в военную базу влезли?
– задохнулся Денис. Представляешь, в НАТО, например! Суперсекретные разработки, сверхновые компьютеры будущего!

Алексей поморщился так, будто проглотил горчицу без хлеба.

– Занимался бы ты своим менеджментом.

– Это почему еще?

– Потому. Мы на местный "айпишник" выходили... Только вот как он, черт, скачаться успел?

"Он" относилось к таинственному файлу, и Денис вновь почувствовал себя неуютно.

– Какой у него объем?
– дрогнувшим голосом спросил парень, покосившись на монитор.

– Сто "метров" почти.

– Сто мегабайт? За полминуты на дохлой линии?! Так не бывает!

Алексей молча показал на экран, и Дэн вынужден был согласиться: оказывается, бывает.

– И что ты собираешься с ним делать?
– спросил он, наконец.

– Раскодирую.

– Слабо...

– Мне не слабо, - колючие глаза, обрамленные темными синяками - признаком бессонной ночи, решительно блеснули.
– Я с этой базой разберусь!

^ ^ ^ ^ ^ ^

Цветущие липы роняли на аллею радостные весенние слезы. Требовательно верещало молодое поколение воробьев среди нежно-зеленых ветвей березы, деловито жужжали неутомимые пчелы. А по дорожке прогуливалась парочка стариков: он - с громогласной клюкой, она - со старой некогда модной сумочкой в руках. Хрустела неубранная прошлогодняя листва под старческими ногами, и медленное тяжелое дыхание таяло в аромате проснувшейся земли...

Алексей проводил дряхлую пару тоскливым взглядом.

– Как бабка-то поживает?
– рискнул спросить Денис.

– А...
– парень махнул рукой.
– Мать вчера опять в больницу ходила, а ей даже рецепт не выписали.

– Слушай, давай я отцу скажу. Он позвонит, кому надо, бабку тут же в стационар положат.

– Спасибо, Дэн, но это без толку. Врач считает, что в ее возрасте переломы не срастаются и нечего напрасно гипс переводить.

Денис смачно выругался.

– Что за дерьмовая страна! На западе за такие слова в суд подают и призывают к ответу по полной программе. А у нас! "Права человека"! Как всегда - только на бумаге. Сволочи! Довели народ до ручки! Заказать бы их всех!

– Кого?

– Да всех, кто в кабинетах сидит!

Алексей усмехнулся. Годы шли, а Дэн не менялся: смотрел на мир голубыми глазами и размахивал руками по поводу каждого замеченного безобразия.

– Как там твоя виза?
– выдержав паузу, Алексей сменил тему.

Дэн немедленно приосанился.

– Порядок! Через месяц в самолет - и я там! Завидуешь?... Ну хоть немножко?

Голубые глаза жадно искали на лице собеседника следы восторга.

– Не завидую, - друг отрицательно качнул головой.
– Видал я твою Европу с ее "уровнем жизни"! Два доллара за улыбку, двести долларов за "здрасьте", тысяч десять - за положение в обществе. А вот как без этого проживешь?
– он показал взглядом на липовую аллею и Волгу, томно раскачивающую пустые пластиковые бутылки и оберточный мусор возле кромки пляжа.

– Запросто проживу. А если зацеплюсь в университете, видали меня тут!

– Линяешь, значит.

– Да неужели тут надрываться за гроши? И тебе не советую. С твоими мозгами можно ого-го-го какие бабки заколачивать! Кстати, ты сказал, что расковырял файл.

Вчера в горячке своего открытия Алексей наговорил другу много всякой всячины. И, опустив трубку, пожалел. База данных, добытая четыре года назад из неизвестного компьютера при мистических обстоятельствах, Дэна интересовала лишь с точки зрения забавного приключения. А для Алексея ее расшифровка стала буквально смыслом жизни. Поначалу высокие слова прикрывали обычные юношеское любопытство, но позднее студент почувствовал, как ежедневные труды над таинственными записями входят в привычку. База как будто сама выбрала его своим программистом, и тянула, манила, дразнила хитрыми кодами, витиеватой структурой и виртуозными алгоритмами. На курсе Алексей по праву считался уже спецом по кодировкам. К нему обращались за советами, преподаватели старались привлечь к научной работе, пророчили аспирантуру и последующие перспективы. Дифирамбы в свой адрес парень пропускал мимо ушей. База была его личным другом-врагом. Он боролся с ней ночами, не ведая о существовании дискотек, вечеринок и дружеских пикников в обществе веселых девчонок. И вот вчера База уступила. Сдалась!

Денис ожидал ответа.

– Я код подобрал, - неохотно сказал Алексей.
– Два поля можно прочитать.

– Лёха! Гад! И ты до сих пор молчишь! Что там такое?

– Фамилии и какие-то адреса. Похоже на телефонный справочник.

– Всего-то?

Физиономию Дэна заняла мина тотального разочарования, и Алексей остался удовлетворен. Его победа осталась не понятой, значит - сугубо личной.

– Показать?
– спросил он для проформы.

Денис передернул плечами, но на экран ноутбука посмотрел.

– Это текстовка пока, - пояснил Алексей, щелкая по клавишам.
– Интерфейс напишу потом.

Надежда на фантастическое открытие улетучилась совсем, и будущий европейский студент лишь для приличия пролистал пару страниц.

– Слушай, и ради этого ты угрохал столько времени?
– не удержался он.

– Она того стоит. Ты только посмотри, какая архитектура! Ты где-нибудь подобное видел? Даже на двоичное дерево не похоже, - почувствовав, что опять увлекся, Алексей поспешно закончил: - Хотя тебе это не интересно.