Она взялась за голову, пытаясь привести себя в чувство. Никого там нет и быть не может. Сердце снова забилось, тревожные мысли стали заполнять голову. Неужели это охотник? А может быть хуже — она сошла с ума, теперь точно, пути назад нет. Она отчетливо видит того, чего нет на самом деле.

Экран сверкнул, высветились буквы кинокомпании, возрастной рейтинг. На том месте, где был силуэт, ожидаемо ничего не оказалось. Но Линда была уверена. Ей тут же захотелось уйти.

Нильсон тем временем зачерпнул полную ладонь попкорна и отправил в рот. Он выглядел таким беззаботным в этот момент, но в то же время она подумала, скоро ли ему надоест постоянно нянчиться со своей неполноценной второй половиной? Может быть, он уже начинает постепенно уходить от проблемы, например, отвлекаясь на фильм, чтобы не думать о ней. Принимает собственное лекарство.

Они снова смотрели. В этот раз потому, что она вела себя, как сумасшедшая: хваталась за голову, смотрела по сторонам. Нужно взять себя в руки.

Изображения на экране сменялись, герои о чем- то говорили, но суть фильма ускользала от Линды, она всматривалась в темноту запасных выходов, пыталась что- то разглядеть в тусклом красном свете эвакуационной таблички. Он должен быть здесь. Ведь если это так, она не сошла с ума.

Вот он!

Нет, лишь человек с первого ряда вышел из зала. Линда чуть подалась вперед, прищурилась. Глаза очень устали.

— Кого ты пытаешься найти? — серьезно спросил Нильсон.

— Никого, — быстро ответила Тиль и вернулась в исходное положение.

— Ты что, кого- то видела? — спросил мужчина полушепотом. Ей стало заметно, как он напрягся, стал бегло изучать окружение.

— Нет. Не совсем. А впрочем…никого я не видела, — Линда попыталась сконцентрироваться на фильме, но уже никак не могла. Кого она пыталась обмануть? Кого бы ни пыталась — себя не обманешь.

Он здесь. Он точно здесь, только она его не видит.

— Ты меня очень беспокоишь. Похоже, что обычных прогулок и расслабления может оказаться недостаточно, — мужчина поставил ведро с попкорном на пол и отряхнул руки.

— На что ты намекаешь? — с раздражением спросила девушка.

— Может все же стоит обратиться хотя бы к местному врачу.

— Если дело дойдет до этого, Совет меня отстранит! — чуть не закричала Тиль, но быстро заметила, как стала привлекать к себе слишком много внимания.

— Тебе дороже кресло в Совете своего собственного здоровья? — Нильсон был серьезен как никогда. Но ее убивало то, что он стал реально рассматривать возможность отвести ее к врачу.

До этого момента все было лишь небольшой междоусобной проблемой, а теперь официально перетекало в болезнь.

Взгляд снова зацепился за мимолетное движение, которое при ближайшем рассмотрении перестало казаться таковым. Человек в черном вышел со стороны эвакуационного выхода под экраном и направился к выходу из зала.

— Я видела его! — Тиль крепко взяла Нильсона за руку, — он здесь!

— Кого видела? Кто здесь?

— Я не знаю. Возможно тот человек, кто за нами следит. Тот же самый, которого я видела в окне.

— Как выглядит? Успела рассмотреть?

— Кажется, на нем был черный костюм. Роста среднего, короткая стрижка, — Тиль неожиданно поняла, к чему все шло. Взгляд Нильсона выдал его с головой. Сначала он отнесся серьезно, но затем снова стал смотреть на нее, как на больную, — нет, это не он, я клянусь.

— Хм, — Брайер нахмурился, — ну, пойдем посмотрим, — держась за руки они осторожно прошли вдоль ряда, открыли дверь выхода. В глаза ударил яркий свет вестибюля кинотеатра, — видишь кого- то похожего?

Тиль вглядывалась в толпу посетителей, но едва ли могла выделить из них кого- то подходящего под описание. Решив непременно доказать свою правоту и сделать все, чтобы не видеть этот снисходительный взгляд, она врезалась в толпу, рассекая ее, бесцеремонно всматриваясь в каждого проходящего мимо, стоящего без дела или сидящего за столом. Она проломила ту стену взглядов, которая до того давила на нее, и ответила тем же.

Но снова тщетно. Никого так и не удалось найти.

— Пошли домой, — опустив голову, проговорила Тиль. В горле встал ком, на нее навалилась собственная усталость и тяжесть всего мира. Она теряла последние крупицы надежды.

Нильсон ничего не ответил. И так было даже хуже. Они в молчании пошли домой, оставив позади последние попытки расслабиться и забыться.

По возвращении домой они пропустили семейный ужин. Нильсон поднялся в комнату, Тиль снова заперлась в ванной. Близилось то время, когда ей снова предстоит или показать силу, или бессильно опустить руки. Тиль достала таблетки, сжала в кулаке два белых кружка.

Она видела его. Точно знает, что видела. Осталось только понять, кого «его»?

Тебе не убежать от меня. И от себя тоже, — проговорил уже знакомый голос.