— Они что, все понимают? — спросил я.

— Они понимают то, что доступно их пониманию на нынешнем уровне развития, — объяснил Маркандея. — Драконов не надо учить ходить, летать или разговаривать. Эти знания находятся в их генной памяти и проявляются в сознании по мере роста. Если ты снабдишь новорожденных драконов достаточным количеством магической энергии, то они повзрослеют и поумнеют в течение нескольких секунд. Правда, слишком быстрое взросление имеет и отрицательный результат. Драконы будут обладать знаниями предков, но их собственная личность не сформируется полноценно и разносторонне из-за отсутствия собственного опыта. Сейчас потомки Иплотегра физически находятся примерно на уровне развития двух— трехлетнего человеческого ребенка. По уровню знаний им сейчас лет семь. А по шкале личного опыта они еще пребывают на нулевой отметке.

— Почему же дракончики ничего не говорят?

Иплотегр издал рык, похожий на смех:

— А о чем им говорить? Вот сейчас ты дашь им имена, и они наконец-то смогут общаться со мной и друг с другом.

Я понял, что выяснять особенности развития, воспитания и поведения драконов можно очень долго, уж очень сильно отличались они от привычных человеческих понятий. Вначале следовало постичь драконью логику, способ их мышления, а на такие глобальные изыскания ни у кого из нас не было времени. Следовательно, я должен был принимать все, как есть, и побыстрее придумать имена выводку Иплотегра.

При дневном свете я увидел, что все драконы различаются по цвету чешуи. У Иплотегра чешуя была свинцово-серая, тускло поблескивающая. У юных дракончиков краски были более яркими и свежими. Ближайший ко мне мальчик-дракон переливался всеми цветами радуги: хвост у него был перламутрово-зеленым, тело — голубым, лапы — фиолетовыми, шея и голова — золотистыми, крылья — наполовину сиреневыми, наполовину — медно-красными.

Я не знал, как полагается присваивать новорожденным дракона имена. Поэтому я вытянул руку в сторону ярко окрашенного мальчика и сказал:

— Ты будешь зваться… Версаче.

Произнеся это, я замер и затаил дыхание. Как отнесутся к этому имени Иплотегр и мои спутники? Повисла пауза. Тетя Вика издала звук, который был похож на тщательно заглушенный смешок. Из всех присутствующих только она одна могла по достоинству оценить имя, данное мной потомку Иплотегра.

Названный дракончик расправил крылья, гордо изогнул шею и радостно выкрикнул:

— Меня зовут Версаче!

Иплотегр восторженно выдохнул:

— Как это красиво звучит — ВЕРСАЧЕ!

Другие дракончики от нетерпения начали подпрыгивать на месте, тянуть ко мне шеи и глядеть умоляющими взорами. Я понял, что все они торопятся поскорее получить от меня такие же красивые и звучные имена.

Следующий мальчик был не таким пестрым, как Версаче. Его тело и крылья были темно-серебристыми, а голова, окантовка крыльев, лапы и кончик хвоста — светло-серебристыми.

— Ты будешь зваться… Труссарди, — решил я.

Дракончик завопил от радости.

Дальше дело пошло быстрее. Темно-серый с металлическим блеском дракончик стал именоваться Армани, небесно-голубой с синими крыльями и лапами — Черутти, зеленовато-золотистый — Гальяно. Черненькая изящная девочка получил имя Шанель, а более крупная перламутрово-розовая с пурпурной окантовкой крыльев — Эскада.

Не в силах устоять на месте, дракончики начали бегать вокруг нас, весело окликать друг друга по именам и радостно отзываться. От их топота задрожала земля. Но, как ни странно, я совершенно не испытывал страха, когда в двух шагах от меня проносились существа величиной со скакунов, к тому же обладающие острыми когтями и зубами.

Иплотегр скомандовал:

— Ну-ка, дети, хватит баловаться. Встаньте рядом со мной, чтобы Калки смог направить на вас силу своей магии.

Драконы сбились в одну кучку и внимательно уставились на меня.

Я постарался еще раз направить на выводок Иплотегра свою энергию. Для этого я вытянул вперед руки и представил себе, что из моих пальцев исходят яркие лучи. Дракончики зашумели и начали толкаться. Сперва я хотел сказать Иплотегру, чтобы он заставил своих детей стоять смирно, потому что их шум мешал мне сосредоточиться. Но потом я понял, что дракончики просто очень быстро растут, и потому им становится тесно вблизи друг друга.

— Достаточно, Калки! — сказал Иплотегр, когда дракончики достигли примерно одной трети его собственного размера.

Я опустил руки и почти физически почувствовал, как оборвались магические нити, связывавшие меня с выводком Иплотегра. Теперь дракончики достигли подросткового или, наверное, даже юношеского возраста. В их глазах я увидел искорки той древней мудрости, которая светилась во взгляде Иплотегра.

Маркандея довольно потер руки:

— Половина дела сделана: драконы для колесницы имеются. Осталось только создать саму колесницу.

Он огляделся и остановил взгляд на одном из деревьев. Спустя несколько мгновений земля возле дерева вспучилась, из-под нее показались светлые переплетенные побеги.