— Мой повелитель, я жду, когда мы приступим к делу, — сладким голосом промолвила Сирин, что меня передёрнуло от мысли, к чему они там приступать собираются.

— Терпение. Она ещё не готова. Мне нужно время, — ответил Орголиус, и у меня мурашки пошли по телу. Что он имеет в виду?!

— Я не могу больше ждать. Не хочу скрываться. Орголиус, мы вместе достигнем такого величия, что никому и не снилось, — торжественно сказала Сирин, что я от негодования протиснулась сквозь куст, чтобы взглянуть, что там происходит.

Они стояли на белоснежной площадке из мрамора, в свете золотистых сонод, под аркой из ярких цветов. А дальше, всё как в бреду…

Сирин проводит рукой по его щеке, и впивается в его губы в долгом поцелуе. Он мне кажется бесконечным. Земля дрожит под моими ногами, гром гремит в сознании! Я задыхаюсь, не в силах это остановить, что-то сказать…

Предательство. Я дура!

Не помню, как мои ноги шли. Не помню, как я оказалась в коридоре перед спальней. Сознание гудело. Будто тело вернулось, а я осталась где-то там… я даже плакать не могла. Это был шок.

Я села в кресло, тупо глядя на золотую монету, что лежала на моей ладони. Внутри было пусто.

— Что случилось? Разве ты не должна быть в саду со своим любимым Орголиусом? — раздался вопрос кота.

Я посмотрела на него, и не нашлась что ответить. Я сама не верила в то, что увидела.

Кажется, я только что начала дышать, а до этого не помню, дышала ли вообще. Картинка увиденного в саду, молнией била по мозгам, и только сейчас, какой-то хрип вырвался из онемевшего горла. Глаза кота становились всё больше от ожидания моего ответа.

— Лина?

А я лишь дёрнула плечами, не в силах сказать.

— Что случилось, скажи же?! — кот почти впал в истерику.

— Это был обман. Я дура, Гелиодор. Наивная дура, — всхлипнула я, и слёзы наконец-то нашли выход.

Кот ошарашено глазел на меня, пока я пыталась подобрать слова, чтобы описать ситуацию. Как вдруг где-то сбоку раздался странный звук, будто воздух электризуется. Звук разрядов тока. Вытерев рукавом слёзы, обменялась взглядом с Гелиодором, и прислушалась, всматриваясь в пространство, откуда исходил странный звук.

В воздухе, посреди спальни возникло свечение, разряды становились громче. Оно будто рвалось. Я вжалась в кресло, впившись пальцами в подлокотники, ожидая чего угодно.

— Се-Лина! — раздался радостный вопль, и в спальню из рваной материи ввалилась толпа морфоксов.

Они облепили меня своими пушистыми тельцами, что я не сразу осознала, что происходит. Они пищали на всех тонах. Их было так много, что не сосчитать. А когда мой взгляд упал на кота, то я увидела, что морфоксы уже тащат клетку с ним по воздуху.

— Се-камень! Ми спасатели! Се-Лина! — визжали они, являя на наше обозрение камень Гелиодора, который он потерял в коридоре миров.

— Ах, вы мои драгоценные! — радостно воскликнул кот, и морфоксы перегрызли клетку, освободив Гелиодора и вручив ему камень в лапы.

— Скоее, се-Лина! — подталкивали меня к электрическому порталу морфоксы. Они тянули меня за волосы, за ткань плаща.

Пара мгновений, и в комнате уже не было кота. В этом переполохе я не заметила, как произошло превращение Гелиодора в прежний вид. Но, он уже стоял у портала, подавая мне руку со словами: «Пришло время делать ещё один выбор».

Я в нерешительности смотрела на его руку, понимая, что шагнув за ним, назад пути не будет. Больно. Но, я делаю этот шаг.

Орголиус

Рядом с ней я теряю остатки контроля над собой. В прекрасные минуты, что она рядом со мной я остро ощущаю приближающуюся опасность. Обладая властью над третью измерения, должен понять дальнейший план действий. Всё изменилось. Как раньше уже не будет. Я не желаю притворять в жизнь задуманное до встречи с ней.

Но, надо мной нависают нерешённые вопросы. Всё, что я строил до этого момента, должно быть разрушено. Я решил, что должен изменить ход событий. Ради неё. Ради нового будущего, которое поселилось ярким видением в моём ожившим сердце.

Я только и занимался созданием тюрем для искр, но пришло время перечеркнуть этот путь. Они будут разрушены, живые искры будут отпущены на волю к своим обладателям. Больше мне они не нужны.

Я создал новое и прекрасное, и мне это понравилось. А ещё больше я получил удовольствия от её оценки моего творения. Этот сад — памятник зародившимся чувствам между нами. Она мой свет, мой огонь, моя жизнь.