Шрифт:
Но причем тут Ляля? И ее оскорбления? Бред какой-то!
Я решила на этом не зацикливаться. Хотя сон, как я позже поняла, предупреждал.
Посмотрев время на сотовом, я вдруг обнаружила несколько сообщений в вотсапе от Вяземцева. То, что высвечивалось на экране, гласило: «Простите пожалуйста, Алина Хаматовна. Меня занесло…»
Я не удержалась и открыла сообщение.
«Алина… Вы мне очень нравитесь. Действительно нравитесь. Вы мне не верите. И я вас понимаю. Я натворил дел. Я все бы отдал, чтобы этой сцены в подсобке не случилось… Я даже не знаю, как просить у вас прощения за свои ужасные действия… Это было временное помутнение, совершенно мне не свойственное… Но прошу вас, дайте мне шанс доказать, что я с вами вовсе не играю… Что я не такой урод… Вы, действительно, вызываете во мне искренние чувства…»
Я не стала отвечать на эту провокацию. Хотя сердце подскочило к горлу и забилось так, словно я была вне себя от счастья и радости. Бред какой-то! Я совсем не интересуюсь этим Вяземцевым. Ну да, он мне нравится. Как мужчина. Как самец. Что в этом такого? Но ничего большего! Ни-че-го!
Он целовал меня и лапал без разрешения. Да что там! Против моей воли! Это же гадко! Гадко!
Это отвратительно до тошноты!
Убила бы! Нет! Покалечила!
Убить за такое, реально мало!
Слишком легко отделается, плейбой! А должен страдать и мучиться!
И я ни на секунду не верю в его серьезные намерения.
Даже не знаю – кого я сейчас убеждала.
Себя или свое подсознание… Уж точно не Вяземцева…
И откуда только у него мой номер? Неужели староста группы дала? Я всегда оставляла старостам свой телефон. Так, на всякий пожарный. И, похоже, в нашем случае, пришел к старосте вовсе не пожарный, а бизнесмен… И уж точно не всякий. Скорее очень даже особенный. Один из богатейших мужчин в городе! К тому же, красавчик каких мало.
Однако это старосту не оправдывает. Впрочем… кто может отказать Вяземцеву? Даже я ведь сразу не сумела! Там, в подсобке!
Вначале я отвечала ему, во всяком случае, не отбивалась.
Стоит ли ожидать большего от девочки, вчерашней школьницы, что смотрела на Вяземцева и его приятелей, как на богов, внезапно сошедших с Олимпа.
Глава 5
Алина
На заседание кафедры я шла как на голгофу. Буквально. Меня заранее аж потряхивало.
Я постаралась по такому случаю одеться как можно более консервативно. В гафрированную серую юбку из теплой и уютной шерсти и сизую водолазку-лапшу. Для полноценного образа строгой и принципиальной преподши сделала на голове пучок и обошлась почти без косметики. Немного пудры, тонкая подводка и гигиеническая помада. Наши опытные коммунистки должны остаться более чем довольны.
У дверей в совещательную аудиторию у меня аж ноги подкосились. Но я постаралась взять себя в руки и войти как можно спокойней. Ирек уже занял мне место, а Настя Рудникова устроилась рядом.
– Почему на первом ряду? – спросила я Ирека с укоризной.
– Успокойся. Пусть все видят, что тебе нечего скрывать.
Коллеги шушукались. Судя по лицам, Настя успела донести до части кафедры мою версию событий. А Светлана Максимовна еще была не готова так быстро сдавать позиции.
Александр Семенович вошел в аудиторию в своем традиционном костюме с иголочки. На сей раз в синем.
Все сразу стихли.
Началось все буднично и традиционно.
Татьяна Артемоновна Началова, наша бессменная активистка, рассказывала о том, как она успешно распечатывает и продает студентам методички по своим лекциям. И как это выгодно.
Словно бы невзначай напомнила, что ее дочь выиграла какой-то конкурс литературного рассказа. Эта тридцатилетняя женщина успешно продвигалась благодаря связям мамы. Началова усердно пихала ее везде и всюду. Где надо – платила, где надо – использовала знакомства, а где чего-то одного оказывалось недостаточно – применяла всю тяжелую артиллерию. Муж Началовой работал в Госсовете. В итоге, скромная, вполне себе нормальная женщина, мнила из себя бог знает что. И, как результат, сама не могла найти ни работу, ни мужа, ни призвание.
Конец ознакомительного фрагмента.