Оторваться даже от этой холодной крови было сложно. Но пришлось. Зализал раны и вновь провел рукой по заплаканному лицу, прося прощение. Стоило встать, и дверь отворилась, словно воин наблюдал за происходящим в камере. Хотя, почему нет, кто разберет этих существ, что им доставляет удовольствие.

Сложно описать словами чувства, засевшие внутри после этого происшествия. Я не видел лица мавки, но образ испуганного ребенка больше никогда не оставлял.

На третьи сутки, наконец, перестал отворачиваться, когда Янка подходила. За что до этого, к слову, получал довольно болезненные укусы. Голос появился раньше, но я старался молчать, чтобы не перенапрячь изуродованное горло. Ночью, наконец, рассказал лисе все, что накопилось за то время, что она лежала рядом, молча поддерживая и рыдая. Слова подкрепил действиями, чтобы сомнений в искренности точно не осталось.

— Зачем они так с тобой поступили, ведь мы старались их не трогать? — водила пальчиком Янка по моей груди.

— Это предупреждение Наори, так сказал гоблин, — я лежал на спине с закрытыми глазами, вслушиваясь в ощущения. — Что они могут найти противодействие любой угрозе с его стороны.

— Ничего себе предупреждение! Головы им оторвать за такое, — теперь по груди путешествовал не пальчик, а коготок.

— Успокойся лисенок, — хохотнул, поймал ее руку и прижал к губам. — Тот, кто стоит за этими иными, очень много знает, о вампирах в том числе. Так что, думаю, и мои способности к регенерации для него не секрет.

— Все равно, это подло, — не желала успокаиваться Янка.

— Это война, малыш, а на ней, как известно, все средства хороши.

Возразить вновь не дал, пользуясь действенным способом заткнуть женщине рот — поцеловал, навалившись сверху.

Наутро нас выдернули прямо из кровати. Пришедшие солдаты ворвались без стука и, в буквальном смысле, сдернули лису с меня. Кинувшись спросонья убить нахала, упал на пол, скрученный болью.

— Одевайся, вампир, тебя ждет господин Наори, — когда я перестал корчиться, усмехнулся солдат, стоявший ближе всех.

Янка под взглядами чужаков судорожно натягивала на себя одежду. Я так же стал одеваться, едва сдерживаясь, чтобы вновь не наделать глупостей воинам на забаву. Но в удовольствии себе отказывать не стал, сверлил людей тяжелым взглядом не мигая. Это выводило их из себя, страх разрастался, раскрывался бутоном водяной лилии.

— Иди, — зло буркнул один из солдат, подгоняя меня в спину стволом оружия.

Бросив еще пару злых взглядов, все же двинулся вон из комнаты.

— Ты тоже, — второй подтолкнул следом Янку.

И это вот — ты тоже — выбило дух. Не знаю, что задумал Наори, но лиса нужна ему только для одного — рычаг воздействия на меня. Не сдержавшись, остановился, развернулся и попросил конвоира:

— Пусть останется здесь.

— Нет. Иди.

Вот и весь разговор. Перевел встревоженный взгляд на Янку. В голове испуганными пичугами летали мысли, хотелось что-нибудь сделать. Впиться ногтями в шею конвоиров, сдавить, оставляя безжизненную оболочку. Только ведь не смогу. Воины, словно прочитав мысли, нахмурились, вскинули оружие.

— Иди! — припал один из них к оружию щекой, направляя ствол на лису.

Выдохнув, склонил голову. Борясь с собой, развернулся, побрел по отпечатавшемуся в сознании маршруту, заранее ужасаясь тому, что ждет впереди. Что будет с Янкой.

Доставили нас в лаборатории. Провели мимо знакомой двери пыточной, прошли еще две подобные комнаты и впихнули в четвертую по счету. Увиденное заставило замереть, сжать зубы. Вдоль дальней стены, рядком, уже ждали прикованные в стендах члены команды.

— Привет, Найт, — оскалился при моем появлении Наори, отрывая взгляд от каких-то бумаг. — Девку пристегните, — бросил уже лаборантам.

Я молчал, стискивая зубы. Не шевелился — бесполезно. Только прожигал Наори ненавидящим взглядом. Лаборанты забегали, повели к стенду Янку.

— А с вампиром что делать? — боязливо уточнил щуплый мужичок с грязными русыми волосами и лицом блаженного.

— Действительно, Найт, что с тобой делать? — укоризненно спросил Наори. Подошел ближе и посмотрел в лицо холодным взглядом. — Вечно с тобой какие-то проблемы. Вот ответь мне, что случилось на последнем задании, а? Что это был за препарат?

— Я не знаю, — произнес хрипло, но Наори, сузив глаза, помотал головой.

— Знаешь. Обязан знать! Ну же, Найт, избавь нас от лишних хлопот и траты времени, а себя от созерцания боли твоих друзей, — и он картинно обвел рукой прикованных, отходя от меня на два шага спиной вперед.

Мой собственный страх заглушил витавший в лаборатории. Слишком хорошо я знал Наори. Слишком отчетливо понимал, что будет дальше. От бессилия хотелось выть, но такого позволить себе я не мог.

— Наори, прекрати, прошу. Я не знаю, что это было. Мне не доводилось встречать того, что может так навредить вампиру. — С тревогой глядя на друзей, зачастил, пытаясь донести до человека, что не вру.