– Ты что делаешь?

– Проверяю, симметрично ли вышло, и не разговаривай, иначе все расклеится.

Уловил суть, подумала она, глядя на широкие отвороты его легкого полотняного пиджака. У нее и так все расклеивается, а теперь, когда он так близко и так решительно настроен, и им так весело, как она скажет ему, что все его тщательно продуманные планы не сработают? Побуждения у него восхитительные, но как могут фальшивые усы и мешковатый костюм спрятать ее от толпы? Если уж на то пошло, как сможет это сделать Эвен? Да, решила она, пора, видимо, с этим кончать.

– Можно я теперь посмотрюсь?

Эвен взглянул на часы и отпустил ее:

– Конечно.

Он встал и подал ей руку.

– И все-таки кем я буду? – спросила она, вставая.

– Познакомься, Холли, это Карлос, торговец изумрудами, мой хороший близкий друг.

И он указал на зеркальную стену. Проявив гораздо больший интерес, чем ей хотелось бы, Холли встала, повернулась к зеркалу и потеряла дар речи. То, что она увидела, ошеломило ее. Она подняла волосы, стянула их на макушке и стала смотреть, что вышло.

– Так ведь, так ведь получается вылитый дядюшка Ричард… Эвен, я выгляжу в точности как мой дядюшка Ричард!

Ей впервые за вечер пришло в голову, что выйти за ограду возможно. И на самом деле можно пойти на праздник. Она отпустила волосы, они рассыпались по плечам, и повернулась к Эвену.

– Милый мой, это же чудо на самом деле!

– А теперь снова подыми волосы, мы примерим шляпу.

Он вышел из ванной, и она следом за ним.

– А ты нам и шляпы припас?

Она остановилась напротив своего отражения в зеркале шкафа и выжидательно приподняла волосы:

– Давай же!

Он порылся в комоде и вернулся с двумя шляпами, одна была уже надета на его голову, а другую он нес в руках.

– Ты что, торопишься? – спросил он. – Мы что, куда-то собираемся?

Встав позади нее, он надел ей на голову плетеную соломенную шляпу. На какое-то мгновение они встретились глазами в зеркале.

– Соломенная, а по форме как фетровая, – объяснил он, отступая на шаг.

Холли сдвинула шляпу чуть в сторону, чтобы прикрыть один глаз и стала рассматривать свой изменившийся облик. Отрицать было бессмысленно: Эвену удалось полностью сгладить почти каждую характерную черту «славной девочки».

– Да меня бы и мама родная не узнала, – шепнула она.

Внезапно их взгляды в зеркале снова встретились.

– Ты на самом деле думаешь, что все получится?

– По-моему, да, только вот торговец изумрудами по имени Карлос чересчур, по-моему, гордится шелковыми футболками.

Она еще раз заглянула в зеркало и увидела, как подчеркивает самое что ни на есть женственные линии грудей шелковый черный топик под пиджаком. Она громко вздохнула:

– Ну и что мы будем с ними делать?

Его руки скользнули под пиджак, обвили ее за талию, после этого пальцы его поползли вверх, вверх, вызывая в ней щекочущее ощущение.

– Я думал, ты никогда не спросишь, – откликнулся он в самой своей соблазнительной протяжной манере. Прежде чем она успела хоть как-то отреагировать, он убрал руки и доверху застегнул ее пиджак.

– Ну, Карлос, двинулись, нам предстоит обмануть кучу народу, так что пойдем-ка отсюда к чертям собачьим и повеселимся вдоволь.

Продолжая смотреться в зеркало, Холли покачала головой своему отражению, однако она по-прежнему улыбалась.

– Но я же не сказала, что я иду.

– Ну так скажи, и пойдем.

– Эвен-н-н! – издала она совершенно театральный возглас.

– Да!

– А можно я надену очки?

Эвен вздохнул и с преувеличенной неохотой снял с себя очки.

– Ну так уж и быть, Карлос, только мне придется закурить сигару.

Она взяла очки и надела их на себя. Всесторонне удовлетворенная своей внешностью, она сунула руки в глубокие карманы мешковатых брюк и повертела головой из стороны в сторону.

– Великолепно, – сказал Эвен театральным шепотом, – пока ты тут стоишь и любуешься Карлосом, там, вероятно, уже кончаются пиво и пицца. Так как, ты готова?

– Эвен, – она склонилась поближе к зеркалу и внимательно рассмотрела свои усы, – а ведь у нас не получится как в кино, правда? То есть нам не придется их потом прилюдно срывать, а?

– Надеюсь, что нет.

Холли выдернула руки из карманов и медленно повернулась к нему.

– Ну так как, ведь все это шутка, правда?

Эвен напустил на себя совершенно невинный вид.