Секунд тридцать он оценивающе смотрел на меня, прежде чем заговорил с восточным акцентом:

— Где Демирель, откуда вы знаете пароль?

Я рассказал с момента попадания в лагерь Сяодунь абсолютную правду, упустив обстоятельства своих приключений до лагеря.

— Как вы попали в Китай, почему вас интернировали в концентрационный лагерь? — Нурлан был опасен, не стоило его недооценивать.

— У меня появились проблемы с законодательством Китая, — уклончиво ответил на его вопрос. — Главное, я вам рассказала все про Демирель. Есть еще одно обстоятельство, — я специально сделал паузу, — Демирель передала мне флешку, которую я спрятала в надежном месте. Нет, не той квартире, откуда меня забрали, — поспешил добавить, уловив блеск в глазах Нурлана.

— Что на этой флешке? — Мой собеседник напрягся.

— На этой флешке все, ради чего Фатима отдала свою жизнь. Она сказала, что это бомба, которая поставит Китай на колени.

— Мне нужна эта флешка! — в глазах Нурлана появилась угроза. На журнальном столике стояли фрукты, принесенные для меня Викторией. Взяв со столика нож, я демонстративно воткнул его себе в левое предплечье: Нурлан остолбенел.

— Если вы думаете, что угрозами или пытками сможете получить от меня флешку, не заблуждайтесь. Китайцы меня пытали неделями, а уж они-то мастера пыток. Флешку я вам просто так не отдам, — закончив говорить, вытащил нож из предплечья и швырнул его на медвежью шкуру.

— А как ты ее отдашь? Что ты хочешь взамен? — по голосу Нурлана было ясно, что он мне поверил. Кровь ручейком стекала по моей руке и капала с пальцев на пол, пачкая шкуру медведя.

— У вас кровь, надо перевязать, — Нурлан опасливо посмотрел на меня и крикнул Виктории принести аптечку.

— Ерунда, не умру, — отмахнулся и немного подумав, выдал заранее заготовленную фразу:

— Я отдам флешку в обмен на встречу с вашим куратором из турецкой разведки. С тем, кто может принимать серьезные решения, не согласовывая их ни с кем.

— Это бред, при чем здесь турецкая разведка? — попытка Нурлана была неубедительной.

— Нурлан, я знаю, что Демирель работала на МИТ, знаю, что вы ее связной, знаю, что именно хочет Турция от Китая. Я свои условия сказала, если думаете. Что угрозами и насилием добьетесь большего — вперед и с музыкой. И не надо ломать комедию, если вы не умеете играть по-взрослому, зря вы ввязались в такое дело. У меня есть то, что очень нужно Турции, что однозначно повлияет и на ваше положение. Так зачем терять время, связывайтесь с куратором и давайте все решим цивилизованно.

Нурлан колебался недолго, он еще раз окинул меня взглядом, очаровательно улыбнулся и ушел со словами, что вернется позже. Я знал, что ему понадобится совсем немного времени, век раций прошел, в современном мире для связи используется интернет и прокси сервера.

Вернулся чиновник через час — в этот раз я не задремал.

— Послезавтра, пока оставайтесь здесь, Виктория и Омар обеспечат вас всем необходимым. Не отказывайте себе ни в чем,- Нурлан печально улыбнулся.

— К чему грусть? — не удержался я от вопроса.

— Я не смог получить флешку, даже не постарался, — Нурлан кинул взгляд на мое перебинтованное предплечье,- но такой провал мне не простят. В лучшем случае про меня просто забудут. Вы так и не представились, — он остановился у двери.

— Александр-а,- с запинкой назвал себя.

— Мы могли бы…

— Нет, не могли бы, я лесбо, — отрезал поползновения казаха.

— Я хотел сказать «сработаться», — улыбнулся Нурлан, — но ориентация вам эта точно не подходит.

После его ухода, осталось гадкое чувство, словно я опять подвел невинного человека.

'Невинного? Да этот козел предал свою страну, работает на турецкую разведку, успокойся", — спорить с внутренним голосом было бесполезно.

Полторы суток пролетели праздно: я ел, нежился в джакузи и как капризная принцесса гонял Викторию и Омара в три шеи. В конце второго дня, во двор заехала машина. Мужчина, представившийся как Фатих, явно был птицей высокого полета. Примерно за пятьдесят лет, холеный, с цепким взглядом серых глаз, прекрасно владеющий английским языком.

— Расскажите мне все про Демирель, — попросил он. Рассказ занял чуть больше времени, я давно не тренировался в английском.

— Что вы хотите за флешку, вы знаете что на ней? — Что на флешке я не знал, но логично было предположить, что там фото с концлагеря и прочие доказательства бедственного положения и нарушения прав уйгуров.

— То, зачем вы посылали Демирель, то, за что она не пожалела отдать свою жизнь.

— Ваша цена?

— Турецкий паспорт, вылет в Турцию и миллион долларов! — отчеканил я, не смущаясь под пристальным взглядом генерала.

— Деньги понятно, но зачем турецкий паспорт, сейчас наоборот стало модно получать российский паспорт, — турок выжидающе смотрел на меня.