– Пока все идет плохо, – сказал Генарр. – Обе стороны могут выиграть многое.

– Как там Крайл? – нервно спросила Юджиния. – Он не поднимал вопрос о Марлене?

– Нам прежде необходимо решить множество гораздо более важных проблем. Впрочем, Фишер ничего не говорил о Марлене; мне кажется, он очень расстроен ее отказом.

– Я думаю, – горько заметила Юджиния. Генарр помедлил, потом спросил:

– Марлена, а что думаешь ты?

– Меня это совершенно не касается, дядя Зивер.

– Немного бессердечно, – буркнул себе под нос Генарр.

– А почему бы ей не быть бессердечной? – возмутилась Юджиния. – Отец бросил ее еще в младенческом возрасте.

– Я не бессердечна, – задумчиво сказала Марлена. – Если мне удастся успокоить отца, я это обязательно сделаю. Но, понимаешь, мама, я не принадлежу ни ему, ни тебе. Я принадлежу только Эритро. Дядя Зивер, вы расскажете, что вы там решили, да?

– Обязательно расскажу.

– Это очень важно.

– Я знаю.

– Мне нужно быть там. Я должна говорить от имени Эритро.

– Я уверен, что Эритро сам незримо участвует в переговорах. Но в любом случае я приглашу тебя. Даже если бы я этого не хотел, думаю, Эритро сам побеспокоится о твоем участии.

Генарр возвратился в комнату, где проходили дискуссии. Чао-Ли Ву откинулся на спинку кресла. На его, умном проницательном лице не было заметно и следа усталости.

– Разрешите мне подвести предварительные итоги, – сказал он. – Если бы мы не овладели полетами быстрее света, то каждый направляющийся к звездам космический корабль был бы вынужден останавливаться прежде всего здесь, потому что Ближняя звезда (я буду называть ее так же, как и вы, – Немезидой) расположена ближе всего к Солнечной системе. Однако люди научились летать во много раз быстрее света, поэтому расстояние перестало быть решающим фактором, и, следовательно, человек будет искать не ближайшие, а наиболее удобные звезды, точнее, звезды, похожие на Солнце, вокруг которых обращается по меньшей мере одна планета, подобная Земле. В этом смысле на Немезиду никто не обратит ни малейшего внимания. Роториане до сегодняшнего дня окружали себя плотной завесой секретности, – продолжал Ву, – стремились не допустить сюда ни одного нероторианина и зарезервировать всю звездную систему навечно только для себя. Теперь необходимость в секретности отпала. Вряд ли другие поселения захотят осваивать эту звездную систему, да и Ротор может вскоре покинуть ее в поисках более удобных для человека мест. Если роториане пожелают, они смогут выбрать для себя любую подобную Солнцу звезду. В спиральных ветвях Галактик миллиарды таких звезд. Вам может показаться более выгодным под угрозой применения оружия заставить меня выдать все секреты сверхсветовых полетов. К сожалению, я всего лишь математик; моя область – чистая теория, и я храню в своей памяти весьма ограниченный объем информации. Даже если вы захватите ваш корабль, то узнаете очень немногое. Очевидно, разумнее направить на Землю группу инженеров и ученых-роториан; на Земле мы смогли бы их обучить и соответствующем образом подготовить. В свою очередь мы хотели бы у вас попросить эту планету, которую вы назвали Эритро. Насколько я понимаю, вы не собираетесь ее колонизировать, и ваше присутствие на планете ограничивается вот этой станцией, которую вы используете для астрономических наблюдений и других исследований. Вы живете только на поселениях. Далее, в то время как поселения Солнечной системы могут разлетаться во все уголки Галактики в поисках подобных Земле планет, то земляне этого сделать не могут. В течение нескольких тысячелетий вам предстоит эвакуировать с Земли восемь миллиардов человек. По мере приближения Немезиды к Солнечной системе Эритро будет становиться все более и более удобным перевалочным пунктом процесса эвакуации; на этой планете мы сможем разместить часть землян до тех пор, века не найдем достаточно похожую на Землю планету.

Мы возвратимся на Землю, захватив с собой одного из роториан – по вашему выбору. Он подтвердит, что мы действительно были в системе Немезиды. Затем мы построим достаточно много кораблей и они направятся к Немезиде. В этом вы можете быть совершенно уверены, потому что землянам необходим Эритро. Тогда мы сможем забрать с собой ваших ученых, которые будут изучать технику сверхсветовых скоростей. Вместе о ними будут обучаться в представители других поселений. Я правильно изложил суть наших решений?

– Все не так просто, – возразил Леверетт. – Чтобы на Эритро разместилось ощутимое число землян, его предварительно нужно трансформировать.

– Конечно, – ответил Ву. – Я опустил ряд деталей. Конкретные планы потребуют согласования множества более мелких вопросов, не этим будут заниматься другие.

– Правильно. Решение от имени всех роторная будут принимать комиссар Питт и Совет.

– А от имени землян – Всемирный конгресс. Но я не вижу особых препятствий для успешного завершения переговоров, уж слишком высоки ставки.

– В договоре должны быть предусмотрены определенные гарантии. Насколько мы можем доверять Земле?

– Думаю, настолько же, насколько Земля – Ротору. На согласование взаимных гарантий уйдет год, возможно, даже пять – десять лет. В любом случае для строительства достаточного количества кораблей потребуется много времени, но ведь наша программа рассчитана на тысячи лет; она должна завершиться вынужденной эвакуацией всего населения Земля и началом колонизации Галактики.

– Если только нам не помешают какие-нибудь другие цивилизации, о которых мы пока понятия не имеем, – проворчал Леверетт.

– До сих нор мы не располагаем никакими данными о таких цивилизациях, поэтому оставим решение этих потенциально важных проблем нашим потомкам. Я хотел бы, чтобы вы как можно скорее поставили в известность об итогах предварительных переговоров комиссара Ротора в выбрали роторианина, который будет сопровождать вас в обратном полете на Землю.

Фишер подался вперед.

– Я хотел бы предложить, чтобы моя дочь, Марлена… – начал он.

Генарр не дал ему закончить.

– Простите, Крайл, но я разговаривал с вашей дочерью. Она останется на Эритро.

– Но если с ней полетит ее мать, возможно…

– Нет, Крайл. Ее мать здесь ни при чем. Даже если вы договоритесь с Юджинией а она полетит с вами на Землю, Марлена все равно останется на Эритро. Больше того, даже если вы решите остаться здесь вместе с Марленой, то ничего не выиграете. Она навсегда потеряна и для вас, и для своей матери.

– Она всего лишь ребенок, – рассерженно возразил Фишер, – и не может самостоятельно принимать такие серьезные решения.

– К сожалению, может. К сожалению для вас, для Юджинии, для всех вас, а может быть, и для всего человечества. Кстати, я обещал ознакомить ее с результатами наших предварительных переговоров. Мне кажется, сейчас для этого самый подходящий момент.