…Но, надо признать, здесь, среди обнаженных звезд, здорово смотрелась Лиза. На ней было какое-то новое платье. Длинное, подчеркивающее фигуру. Современное, но в то же время намекающее на романтическую старину.

В общем, довольно сумасшедшая была парочка.

– Ну, как тебе трюм, мой юный друг? – поинтересовался кэп. – Нет желания возвращаться?

– Здесь повеселей будет, – признал Никита, пожалуй, слишком уж развязным тоном.

Кэп Хантер рассмеялся довольно неприятным смехом.

– Ты даже не представляешь, насколько весело здесь сейчас будет, – пообещал кэп. – Особенно когда объективируются корабли Безопасности.

– А это что, тоже корабль? – догадался Никита.

– Ты попал в точку. Приветствую тебя на борту «Катрин-2», мой мальчик. Не доводилось еще стоять на капитанском мостике?

– Честно говоря, нет.

– Лови момент. Тем более что тебе вскоре придется немало заплатить мне за эту экскурсию…

Кэп Хантер отвернулся и громко, с легкой иронией в голосе произнес:

– Отдать концы! Отчаливаем.

Пол на мгновение ушел из-под ног, и все стоящие на мостике невольно вскинули руки, стараясь удержать равновесие.

– Эй, в машинном, черт возьми! Держи гравитацию! – прорычал Хантер.

– Простите, кэп, – пробормотал кто-то невидимый. – Перегружал комп. Теперь все в норме…

Небо над головой вдруг пошло кувырком, и Никите чуть не стало дурно. Однако пол под ногами не думал больше чудить, ноги держали плотно, как влитые. Откуда-то сбоку, прямо на голову, вывалилась гигантская махина Отеля. Она нависла над «Катрин-2», будто готовясь раздавить ее в лепешку. Но вдруг стала быстро уменьшаться в размерах и через пару секунд вообще схлопнулась в черное ничто.

Никита понял: это набирал скорость корабль.

– Доктор, – сказал кэп в пространство, – вы мне нужны.

– Я уже здесь, – раздалось со спины, и в рубку проследовал худой, костистый и совершенно лысый человек в мятом синем халате, похожем на операционный. В руках у него был никелированный ящичек. Такие раньше использовали под хранение медицинских инструментов и такой присутствует почти в каждом фильме Тарковского. Странно, что именно последнее обстоятельство вспомнилось сейчас Никите.

– Как идет прием, Доктор? – спросил кэп. – Достаточно ли вам пациентов?

– Да так себе идет, – вздохнул Доктор. – Пациентов, конечно, много. Но качество душ… На одну дозу экстракта уходит штук по пятьдесят, не меньше. Даже не знаю, чем это объяснить…

С этими словами Доктор положил на невидимый стол свой ящичек и извлек из него маленький прозрачный куб. Никита напрягся: это было что-то ему уже знакомое…

– Ничего, Док! – заверил того кэп Хантер. – Скоро мы окажемся наконец в мире, где души не в пример сочнее…

– Было бы забавно попробовать такой материал, – несколько застенчиво ответил Доктор и ловко прилепил кубик к виску кэпа. После чего схватил свой ящик и быстро отступил назад.

Кэп Хантер на секунду замер. Потом его вдруг передернуло и он осел на одно колено. Его била мелкая дрожь. Он схватился за голову, покачался из стороны в сторону… И резко встал.

– Все в норме, Док, – сказал кэп. – Благодарю за качество работы…

– Стараемся, – дрогнувшим голосом ответил Доктор.

Но кэп Хантер его уже не слышал. Он развернулся спиной к присутствующим на мостике и, надо полагать, лицом – к носу корабля. И как-то вытянувшись, замер.

Смотреть на застывшую фигуру пирата было не очень интересно, и Никита снова обратил свой взор на Лизу. Та стояла теперь чуть позади кэпа и, казалось, любовалась звездами.

Что же все-таки связывало ее с этим миром? Что общего у школьницы с этим странным «морским (или звездным?) волком»?

Видимо, не так все просто было в этих ныряниях в человеческие вселенные. Видимо, Челноки были созданы не только для того, чтобы таскать из глубин человеческого сознания чужие мысли и идеи. Никиту посетило вдруг ощущение предчувствия чего-то значительного и страшного, отчего тревожно заныло под ложечкой.

Все было странно и нелепо. Нелепо и странно. Дикая эклектика – разбитые парусники и звездолеты, кремневые пистолеты и звездные войны… И эти непонятные навязчивые сны…

Никита осторожно оглянулся. За его спиной с выражением терпеливой покорности стояли два бугая вполне уголовного вида. Чуть в стороне возился с висящим в воздухе полупрозрачным экраном Доктор. Вот еще одна странная фигура. Никита так и не понял до сих пор, чем тот занимается и почему его все так боятся. Но разговор о душах вызывал немедленные и довольно неприятные ассоциации.