Через минуту копыта застучали около самого крыльца, как будто всадник пытался верхом въехать в дом, и рычание сидящего на цепи пса перешло в рев.

Лицо Колдуна недовольно сморщилось. Он тяжело встал из-за стола, ухватив одной рукой прислоненный к лавке посох. Лишь только посох грохнул о некрашеные половицы, рычание пса смолкло и тут же распахнулась дверь избы, пропуская в комнату гостя.

Для того, чтобы не удариться о косяк, Китоврасу пришлось низко наклонить свою большую голову, но его плечи все равно задели притолоку, а колени подогнулись.

В избе сразу стало мало места, остро запахло лошадиным потом.

– Ждешь?
– не то одобрительно, не то осуждающе громко спросил Китоврас вместо приветствия и протопал прямо к столу, выбивая копытами мелкую дробь.

Мощный круп полуконя-получеловека покрывала короткая золотистая шерсть. Широкая грудь животного странно переходила в совершенно безволосый атлетический торс, который венчала крупная голова с огненно-рыжей шевелюрой. Голубые глаза Китовраса смотрели спокойно и дружелюбно, подолгу останавливаясь на предметах, которые, очевидно, были ему хорошо знакомы, так как он, не колеблясь, отставил на столе крынку с молоком и взялся за большой жбан с квасом.

– Ну и чего ждать?
– снова спросил Китоврас, наливая в берестяную кружку квас.
– Все равно раньше завтрашнего дня не придет.

Он сделал долгий глоток и тут же негодующе фыркнул.

– Квас прокис!
– возмущенно загремел Китоврас и с отвращением брякнул кружку на стол.
– Где домовой? Это что же он себе позволяет!

– Загулял домовой, будто не знаешь, - заговорил наконец Колдун. Его низкий сильный голос совсем не подходил облику белобородого старца с изрезанными морщинами лицом.
– Третий день домовые гуляют да песни поют. Вот слышишь, опять...

Колдун вновь взглянул на окно и занавеска с коротким хлопком взвилась вверх.

– Домой не дозовешься. Можно подумать, у него работы здесь нет. Понаехали отовсюду, у них там вроде съезда. Богорты, брауни, кобольды. А тон задают Клуракан да Линчетто. Все спорят, что лучше - эль или вино. Остальных пробовать заставляют. И наш туда же. Совсем от рук отбился.

Порыв ветра из чащи донес нестройный хор голосов. Домовые орали вразброд, но с чувством.

– Не вовремя они праздник затеяли, - Китоврас повернулся к Колдуну и тут же задел печь. На шерсти осталось белое пятно, и Китоврас привычно стряхнул известку, похлопав себя рукой по крупу.

– Тесно, - словно оправдываясь, произнес он.
– Не вовремя, совсем не вовремя. Коридоры открыты, кого сейчас на озере только нет, а домовые встречу отмечают. Не нравится мне все это. Сейчас хотел пройти к Алабелле, спросить, когда начнется Путешествие. Но дошел только до ближнего мыса, там сейчас дакини.

– Дакини не тебя, Ученика стерегут.
– Колдун подошел к двери и распахнул ее настежь. Послышалось тихое поскуливание пса.
– Надо бы тебе с собой Гарма взять, да вы с ним не ладите.

Услышав, что говорят про него, пес, натянув невидимую цепь, подошел как можно ближе к крыльцу и подсунул чудовищную, почти медвежью голову Колдуну под ладонь.

– Да я бы прошел к Алабелле, будь у меня оружие. У дакинь и чары, и магия, а у меня только вот...
– Китоврас с деланным сожалением посмотрел на свои мощные руки.
– Мне бы хоть лучемет, что ли.

– А еще лучше гравитационную пушку: один удар, и прощай последний инкубатор.

– Это точно. Но встречать Ученика все же придется. Такой суеты в Инкубаторе я что-то не припомню. Все один к одному. Хранитель старый, Китоврас посмотрел на Колдуна.
– Дракон - молодой. Все коридоры - настежь. Кого сюда не поналезло.

– Вуйвр молодой, да.
– Колдун согласно кивнул.
– Это будет его первое Путешествие. Но мы-то здесь тогда зачем. Ничего, справимся.

Китоврас хотел что-то ответить, но в этот момент с дальнего края поляны послышался пьяненький тенорок.

Домовой не вышел, а как-то странно боком вывалился из чащи и, притопывая лапотком о траву, засеменил к избе, широко расставив руки.

Таракан дрова рубил,

Комар по воду ходил,

В грязи ноги увязил.

Он не вытащил,

Глаза вытаращил.

Колдун грозно стукнул посохом по крыльцу, но на домового это не произвело никакого впечатления.

– Вот я и говорю, - как будто продолжая начатый разговор, обратился он к Китоврасу и нетвердо оперся о вздыбленную холку пса, для чего ему не пришлось даже нагибаться.
– Что лучше: эль или вино? Что то, что другое кислятина. Потому и получается, что лучше нашей медовухи ничего нет.

– Спать!
– страшно взревел Колдун и попытался ухватить домового за ворот рубашки.
– Я тебе покажу медовуху!