— Что случится, если вдруг я не справлюсь? — обратилась снова к рогатым, которые в отличие от шосса прекрасно меня видели.

— Смерть. — коротко ответили, а зеленоглазый после этой фразы, как-то обреченно опустился на колени.

— Мммм… — многозначительно протянула, — Ну, засранцы, если я вернусь! Нет! Когда я вернусь, я вам все рога пообломаю и в жопу засуну! — в сердцах пообещала и двинулась по лабиринту.

— Я бы на вашем месте, уже начинал нервничать. Уж она то, выполнит угрозу. — заливисто расхохотался Диссон.

Сколько я слонялась по этому проклятому лабиринту, не знаю, сутки точно. Все бредя и бредя по, казалось, одному и тому же месту, попадая то и дело в тупик. Ужасно хотелось пить и есть, я рванув тогда ко входу не прихватила с собой рюкзак. А ещё я устала, глаза слипались, но спать не решалась, было боязно и холодно.

Окончательно обессилив, рухнула на пятую точку и тихо заплакала, растирая трясущимися, грязными руками слезы по лицу.

— Боже, ну почему моя жизнь всегда должна быть такой сложной, вечное сражение за выживание. Я просто хочу найти эту книгу и вернуться к гномам, в свою лавку.

Надо мной громко закаркала какая-то птица, нарушая тихие всхлипы и жалобы на жизнь. Вскинув голову я отыскав ее глазами и заорала:

— Вон пошла, курица! — та сидела на самой вершине лабиринта, словно насмехаясь надо мной, у неё есть крылья, а у меня нет.

И тут меня осенило, я могу взобраться наверх и посмотреть в каком направлении двигаться. Резко подорвавшись на месте, я полезла по кустарнику вверх, крепко цепляясь за него руками. Сон как рукой сняло, открылось второе дыхание. И почему я не додумалась раньше, пустоголовая какая.

Добравшись до верха, я осмотрелась. Что ж, прошла я не так уж и много, всего пару километров, предположительно. А пройти мне предстояло ещё километров, хм, много в общем-то. Но теперь я хотя бы примерно понимаю, куда надо двигаться. Отломав кусок тонкой веточки, я нацарапала на предплечье мини копию лабиринта.

— Так, отлично, теперь нужно спуститься.

Лучше б я не смотрела вниз, высоты я конечно не боялась, но голод сказывался, голова закружилась. Сорвись я сейчас отсюда, точно шею сломаю, высота не маленькая, примерно в семь этажей. Осторожно полезла обратно на землю.

Теперь путь проходил гораздо веселей, шла я более уверенно, следуя карте на руке. Когда карта заканчивалась, снова забиралась наверх и царапала новую шпаргалку. На третий раз стало очевидно, что это последний рывок. Там впереди виднелась водная гладь.

Выйдя из лабиринта я оказалась на песчаном берегу, справа у скал на отмели стоял старый ветхий корабль. Складывалось впечатление, что еще одно дуновение ветра и он осыплется в щепки. К нему я и направилась, очень надеюсь, что книга находится там, а испытания закончились.

Подойдя ближе, поняла, что не такой уж и хлипкий корабль, как показалось издалека. Забравшись на него, повертелась по сторонам. Ветхая палуба, прогнившие доски, местами провалившиеся вниз. Разорванные в лохмотья бывшие когда-то белыми паруса, куча весел и каких-то сундучков. Решила спуститься в трюм, думаю искать среди сундуков нет смысла.

— Аааа! Дошла наконец, а я уж было думал, не дождусь. — проговорил какой-то радостный, знакомый мне голос.

Застыв на месте я пыталась проморгаться, привыкая к темноте. Передо мной сидел никто иной, как собственной персоны Равновесие.

— Я так и знала, что без тебя дело не обошлось! Сукин ты сын! — сложив руки на груди, обвиняюще уставилась на него.

— И что, никаких тебе радостных дружеских объятий? Благодарности за новую жизнь без переломов? Только оскорбления? — надул губы жемчужноглазый.

— Слышь, умник, я тебе сейчас переломы на всю жизнь устрою! Книгу гони! — угрожающие делаю шаг в его направление, — Я голодная и спать хочу! Тошно уже от твоих выкрутасов, со всеми испытаниями, шоссами психованными и орками больными на голову!

— Ладно! Ладно! Но, все же осталось последнее. Тихо-тихо! — примирительно поднял он ладони вверх, видя моё гневное выражение лица, — Это все не моих рук дело. Я всего лишь устроил все так, что ты можешь достать книгу. Прятал ее не я. Но так, как я единственное божественное существо, не покинувшее эту землю, единственный, кто все ещё любит этот мир и верит в него. Я отыскал лазейку в виде тебя, ты в силах все исправить. Видишь ли, если раса шоссов погибнет, вопрос времени, когда канет и все остальное. Боги бросившие Наури, прокляли ее на смерть, оставив друидам эту разрушительную книгу, которая также способна все исправить. — объяснил мне Равновесие.