Шрифт:
– Какой еще гость? С дороги отдохнуть не дадут! – Жлобин поставил рюмку на стол. – Кто?!
– Говорит, что сыщик! Жариков Артемий Осипович. О!
– Сыщик? – удивился Василий Гаврилович. – Ну, проси. Чего уж… Сыщик, етить-колотить…
Через несколько минут в столовую вошел молодой человек приятной наружности и, вежливо склонив голову, поздоровался:
– Добрый день, Василий Гаврилович. Позвольте к вам обратиться.
– Чего это от меня сыщику понадобилось? – купец нахмурился.
– Я о Минодоре Васильевне поговорить пришел, - молодой человек смело уставился на него упрямым взглядом.
– А с ней-то что? – Жлобин напрягся. – Присаживайтесь, Артемий Осипович, да поведайте, наконец, с чем пришли!
– Жениться я на ней хочу, - выпалил сыщик, усаживаясь на краешек стула. – И настроен я решительно.
Василий Гаврилович, несколько секунд молча смотрел на него, а потом громко захохотал, хлопая себя по коленям.
– Ты? Ты-ы?! На купеческой дочери?! Совсем ополоумел?!
– А вы меня не оскорбляйте, Василий Гаврилович… Я ведь и ответить могу… Только мой ответ вам, ой, как не понравится! – Артемий скривил губы в хищной ухмылке. – Я ведь пока ожидал вашего приезда, не поленился, да узнал кое-что.
Жлобин перестал смеяться, и в его глазах полыхнула злость.
– Ты мне угрожать надумал, прыщ? Псина легавая?
– А я ведь знаю, какие вы махинации со спитым чаем устраиваете. Скупаете в трактирах и ресторанах использованную заварку, сушите ее и продаете по цене нормального чая, - сыщик говорил спокойно, даже немного насмешливо. – О масле и говорить, наверное, не стоит, да, Василий Гаврилович? Как вы в бочки камни для весу кладете… Продолжать?
– Ах, ты… - Жлобин побагровел. Его кулаки сжались. – Да я тебя…
Но вдруг он рассмеялся. Хохотал долго, раскатисто, после чего сказал:
– Ну и ловкач… ловкач… Давай-ка выпьем.
Он плеснул водки в кружку, приготовленную для чая, и мужчины выпили.
– А может, и обсудим дело-то твое, с которым ты заявился… - Василий Гаврилович внимательно посмотрел на наглого сыщика. – Пригодишься ведь. Рвач.
Артемий довольно ухмыльнулся. Похоже, все сработало. Прощай, бедность. Он ведь о Минодоре знал все. Интересовался, с кем полюбовница князя грузинского дружбу водит. Мысль пришла неожиданно, и какой же сладкой она была… Корову эту окрутить - много ума не надо. Зато потом всю жизнь как сыр в масле катайся!
______________________
* Эрнест Генрих Бо — российский и французский парфюмер, создавший знаменитые альдегидные духи Chanel No. 5, которые принесли ему славу.
* Альдегиды – химические вещества, в чистом виде напоминающие запах прогорклого сливочного масла, но стоит их разбавить, как они начинают звучать по-иному, приобретая легкий аромат цветочной свежести. Удивительная черта альдегидов – подстраиваться под естественный запах кожи, усиливая ведущие ноты всей парфюмерной композиции. Запах альдегидов чем-то напоминает шипр или пудру, запах только что задутой свечи.
Глава 66
Минодора не могла усидеть на месте. Она ходила по комнате из угла в угол и отчаянно переживала о своем будущем. Интересно, о чем говорят батюшка и маменька?
Девушка не выдержала и все же покинула свое убежище. Осторожно спустившись по лестнице в переднюю, Минодора вдруг остановилась, услышав голоса. Это точно не маменька… Разговаривают двое мужчин.
Она тихо вошла в гостиную, потом приблизилась к приоткрытой двери столовой и заглянула внутрь. Сыщик! Он здесь! Сердце девушки заколотилось с такой силой, что стало трудно дышать. Господи, помоги! Как же он быстро прознал, что батюшка приехал! И часа не прошло!
Минодора прислушалась. Мужчины говорили о ней! И отец не злился… Как странно… Батюшка потчевал гостя водкой, смеялся своим густым раскатистым басом и все это выглядело как посиделки двух давних друзей.
– Сейчас прикажу, чтобы Дору позвали, - вдруг сказал Василий Гаврилович. – Небось, обрадуется-то девка.
Девушка испуганно отпрянула от двери и помчалась обратно в комнату. От волнения у нее темнело в глазах. Казалось, еще секунда, и она потеряет сознание.
Забежав в комнату, Минодора бросилась к зеркалу, быстро припудрила раскрасневшееся лицо, поправила волосы и схватила книгу. Как только она села на кровать, в дверь постучали.
– Да, кто там?!
Вошла служанка и радостным голосом объявила:
– Минодора Васильевна, вас батюшка видеть желают! Немедля!
– Иду, - девушка отложила книгу, не спеша поднялась, огладила юбку и лишь потом вышла в коридор. Волнение не покидало ее.
– А вот и голуба наша! – воскликнул батюшка, когда она вошла в столовую. – Ну что, Дорушка, вот и жених явился. Говорит, жить без тебя ему невмоготу. Что скажешь?
Счастье затопило ее горячей волной, и Минодора кивнула, не глядя на Артемия.