Женя слушал молча и не перебивал я была ему очень благодарна за это.

– Я тогда осознала, что единственное освобождение это бегство, но мне нужен был план и поэтому я согласилась на последнее дело. Этим заданием, было украсть документы на тендер, у некого Евгения Жарова. В тот день, а вернее ночь, когда мы встретились, я отправилась на осмотр твоего офиса. Я допустила ошибку и ты меня увидел, помог совсем незнакомой девушке, отвёз в больницу, а затем к себе домой.

Впервые за всё время моего рассказа я подняла глаза и посмотрела на Женю.

– Я хотела отказаться, пыталась объяснить, что не смогу этого сделать, но Вартан был не приклонен.

– Почему ты захотела отказаться? Ведь я был лёгкой добычей, как ты уже сказала я сам привёл тебя в свой дом.

– Да потому что полюбила!

Выпалила я и закрыла лицо руками.

– Повтори.

Я замотала головой.

– Повтори!

Уже жёстче сказал Женя.

– Что повторить? Что по любила? Да это правда. Я ничего не искала, мне не хотелось подставлять тебя. Я знала, что после тендера, Вартан исполнит свои угрозы, но мне было всё равно. Я думала, что смогу объяснить, что просто не нашла их и всe. Но в то утро, когда я уходила из твоего дома, эта чертова папка сама упала передо мной и я не удержалась, стащила документы и от звонилась, сказав, что всё сделано.

– Тогда зачем вернула?

Я пожала плечами.

– Когда приехала в съёмную квартиру, рыдала, а потом так гадко стало от самой себя. И я решилась бежать. Вот так без плана, просто бежать. Собрала вещи и когда уже выходила наткнулась взглядом на документы и поняла, что могу исправить хоть малость.

– Спасибо.

– За что?

Удивленно спросила я уставившись на Женю.

– За то что исправила. Что было дальше? Ты приехала сюда? В этот город?

– Не сразу. Но в итоге оказалась здесь. Я хотела осесть в небольшом городе, где не будет ищеек Вартана.

Женя замолчал, было видно, что он переваривает всё, что я только что рассказала.

– С этим всё понятно, но меня интересует другое. Почему ты скрыла от меня беременность?

Вот и наступила самая трудная часть разговора, я сдала чашку в руках так сильно, что она могла просто расколоться у меня в руках.

– Я узнала о ней только, когда приехала в этот город. Честно, я не знала, как ты отнесёшься ко мне и моей беременности. Я боялась услышать, что ни я, ни мой ребёнок тебе не нужны, когда ты узнаешь всё обо мне. Да я трусиха! Я не смогла! Прости!

Последние слова, я уже говорила захлебываясь слезами. Женя встал со своего места и приблизился, я чувствовала, как он опустился на стул рядом со мной и притянул меня в свои объятия.

Я начала плакать ещё сильнее от того, как хорошо в его объятиях.

– Всё, всё успокойся. Всё будет хорошо. Я рядом. Я всегда буду рядом.

Я подняла заплаканные глаза и сквозь пелену слез смотрела на него.

– Правда?

Мне так хотелось услышать эти слова. Сколько раз, я представляла нашу встречу и всегда я представляла, как он смотрит на меня с презрением и брезгливостью. Я просто не могла представить, что этот мужчина узнав, что я воровка, сможет смотреть на меня так, как смотрит сейчас. С любовью.

– Правда.

Он дотронулся до моего лица рукой, стёр слезы, которые катились по щекам и поцеловал, просто прикоснулся своими губами к моим, но и это заставило моё сердце биться быстро.

– Не плачь. Всё позади. Теперь я рядом и ты никогда больше не будешь одна.

Эти слова заставляли расправиться крылья и снова парить, а поцелуи вознесли меня к облакам.

– Люблю…

Прошептала я и сама потянулась за новым поцелуем и вот наши губы уже должны встретиться, но из комнаты мы услышали плачь нашего сына и вместе подскочили с места.

Евгений

Весь оставшийся день и вечер, я провёл со своей семьёй и это непередаваемые ощущения. Когда малыш заплакал, мы с Софией оторвались друг от друга и помчались в комнату к сыну. Оказалось, что его любимая игрушка заела и не нажимались кнопки, вот малыш и расстроился. София взяла его на руки и успокаивала, а я не мог отвести взгляд от них.

– Хочешь подержать?

Спросила она, когда сын перестал плакать и с интересом рассматривал нового человека.

– Если можно.

Мне, очень хотелось, взять маленького сына на руки и прижать к себе, но я боялся, что было очень странно. Любочку я постоянно таскал на руках, а собственного сына боюсь.

– Можно конечно, ты ему понравился. Обычно он к мужчинам не идет, даже Николая он так и не подпустил к себе.

У меня сжались кулаки мгновенно, как только услышал мужское имя из её уст. Мне очень хотелось узнать, кто такой этот Николай и поговорить с ним, чтобы больше не приближался к моей семье и видимо всё было видно по моему выражению лица, потому что София сразу прояснила.