Ох, им же ещё имена надо будет дать! Как я об этом сразу не подумал? Как называют драконов? Надо в свитках поискать, там я вроде видел имена древних драконов. Или уже самому придумать? Хотя, нет, я такое понапридумываю… пусть уж лучше хранители составят список имён, а я потом выберу. Решено! А сейчас было бы неплохо отдохнуть. Столько стрессов за один день — линька, рождение дракончиков…

— Эй, идите все сюда! — громко прошептал я и замахал рукой обернувшимся гномам. Они имели право увидеть самое большое сокровище своего народа. Гномы подходили по одному, и в их глазах я видел такую радость и благоговение, что это невозможно передать словами. Внезапно возле стены я услышал слабое журчание. Бросив туда взгляд, я увидел, что поилка, уже тысячу лет стоявшая сухой, наполняется прозрачной водой. Звук услышал не я один, и все гномы, увидев моё изумление, повернулись туда же.

— Магия драконов вернулась… — услышал я рядом шёпот Нарви. — Через тысячу лет. Теперь всё будет хорошо.

***

— Пошли скорей, все уже собрались!

— Глим?! — Ситана едва не выронила гребешок. — Ты постучал?

— Ну… ты же девушка. А когда заходишь к девушке, надо стучаться, — Глим смущенно покрутил новенький брачный браслет.

«Не иначе, молодая жена постаралась, — хмыкнула про себя Ситана. — Хоть кто-то научил.

Ей было совсем не до смеха, но сконфуженная физиономия рыжего могла рассмешить кого и когда угодно.

— Так ты идешь? — спросил он.

— Нет.

— Что значит, нет?! Его величество король Морхин будет вручать… — Глим замялся и продолжил уже шепотом: — Это очень большой секрет: его величество будет награждать героев.

— Пусть награждает, я-то тут причем?

— Еще как причём! — возмутился Глим. — Пошли сейчас же!

— Это приказ, дочка.

Ситана оглянулась: таким мрачным, она, кажется, не видела отца еще никогда.

— Приказ Тиларина, — он только заглянул и сразу же вышел.

Перетягивая на ходу волосы кожаным шнурком, Ситана поспешила следом.

В противоположность отцу, который шагал, не оглядываясь, Глим оборачивался к Ситане чуть не на каждом повороте и вообще сиял, как начищенный медный котел. Вскоре, однако, ей стало и не до отца, и не до Глима.

Центральная галерея буквально гудела от множества приглушенных голосов. И сама она, и прилегающие к ней галереи поменьше были запружены любопытными. Не сумевшие попасть в Королевский зал, они толпились по обе стороны — взволнованные, в лучших своих одеждах. К распахнутым дверям Королевского зала вел лишь узкий проход. Да и тот оставался исключительно благодаря усилиям личной охраны короля Морхина.

Первым к дверям проследовал отец, за ним Глим — и уже за ними Ситана.

— Сюда, сюда, — зашептал рыжий.

Хорошо, что он это сказал, а то она так и пошла бы за отцом.

Едва они с Глимом заняли место в строю хирдманов, распахнулись двери, ведущие в королевские покои.

— Его величество…

По мере того, как перечисляли имена и титулы королевской семьи, Ситана чувствовала, как у нее начинает пересыхать в горле. Попыталась сглотнуть, но не получилось. Потом начала бить дрожь. Незаметно сжала пальцы на рукояти кинжала, но не помогло. В конце концов, начали дрожать коленки.

— …Повелитель Крылатых Владык, король эльфов Тиларин Риваэль из рода Лиоран!

Дрожь прекратилась сразу, но теперь Ситана не могла вздохнуть. Тиларин подошел к первому из строя хирдманов, потом к следующему. Он говорил каждому что-то ободряющее, шутил и одному за другим вешал на шею золотую звезду. Ближе, еще ближе…

— Дара Ситана…

Он говорил что-то еще, но Ситана поняла только свое имя. Тиларин был совсем рядом, живой и улыбающийся, и она сразу вспомнила ту ночь, когда, спасаясь от каменного призрака обняла его за шею… Гнома невольно вздрогнула, когда наяву его руки легко коснулись ее волос, и послушно наклонила голову, а когда подняла, увидела его глаза — желтые и с вертикальным зрачками.

Не отрывая взгляда, Тиларин подал какой-то знак, и к ним приблизился Нарви. Собравшиеся ахнули. Опомнившись, Ситана заглянула в раскрытую перед ней коробочку…

— Скоро праздник. И я приглашаю вас, дара Ситана, на королевский бал. Примите эти украшения как знак моего восхищения вашей доблестью и красотой. Вы придёте?

Нет, все это было на самом деле: и коробочка с изумрудами, и принцесса Ликена, почти свернувшая шею, силясь их разглядеть, и Тиларин…

— Да, — Ситана улыбнулась и мысленно показала Ликене язык.

***

Ситана почти не удивилась, обнаружив у себя в спальне принцессу.

— Покажи! — сидевшая напротив зеркала принцесса лениво протянула руку.

Злости, как в прошлый раз, после того званого обеда, у Ситаны не было: она все еще помнила улыбающегося Тиларина, мысленно слышала его голос; поэтому просто покачала головой.

— Ты отказываешь своей королеве?

— Королеве? — переспросила Ситана.

— Ну, конечно же, дурочка. Я буду королевой, а ты… Ах, мужчины, они такие… — Ликена закатила глаза. — У них тоже есть свои слабости. Просто умные жены делают вид, будто ничего не замечают. Давай, показывай! — уже с раздражением в голосе добавила принцесса.