Талькант дал знак рукой, и в один момент случилось несколько вещей. Талькант превратился в дракона, Уркат сжал щит до минимума, оставив только нас под защитой, и притянул меня к своей груди, а мертвецы бросились в бой.

– Отпусти, - кричала, стараясь выбраться из крепкой хватки Урката. – Я хочу видеть. Зачем ты это сделал?

От страха меня трясло, а адреналина в крови было столько, что казалось, я сейчас взорвусь. Выкрутившись из рук Урката каким-то невообразимым образом, я увидела, что с неба Талькант поливает всех синим пламенем. Рат рвет зубами и когтями толпы противников. Вереш откуда-то взял два длинных клинка, и мастерски рубил пополам нежить. Нир же просто разрывал их голыми руками, пользуясь своей скоростью.

Мужья бились как настоящие отчаянные воины, но я знала, что надолго их не хватит. Силы не бесконечны, и нам нужна помощь. Только вот как ее позвать, если все пути отрезаны?

«Я могу сделать тебя невидимой для их глаз» - Сказала Амина.

– Уркат, выпусти, мня за щит, - потребовала, смотря на бой. – Я буду искать способ позвать на помощь.

– Не проси, - рыкнул он. – Я не подвергну твою жизнь опасности. Посмотри туда, это же верная смерть.

– Амина скроет меня от их глаз, - сказал ему. – Пожалуйста. Я не прощу ни себе, ни тебе, если хоть с одним из них что-то случится.

Думать о таком было невыносимо, но на удивление мозги работали ясно, при всей паники, что меня била. Сейчас вся надежда на мои скрытые таланты.

Внезапно поляну огласил рев дракона, и я с болью в сердце увидела, как Вереш упал на колени, а толпа мертвецов бежит на него. Уркат не растерялся, и быстро расширил щит, закрывая моего смелого и отважного дриада.

– Вереш, - кинулась к нему. – Милый.

Я опустилась на колени перед ним, и прижала руку к окровавленному животу любимого. Вереш тяжело опустился на спину, и прикрыл глаза, морщась от боли.

– Боже мой, - рыдала, зажимая рану. – Все будет хорошо милый. Мы справимся. Победим. Вылечим тебя. А после заживем обычной жизнью, на краю этого мира. Я первому тебе рожу наследника. Такого же отважного, умного, красивого, талантливого. Только держись.

– Договорились, - слабо улыбнулся он. – Теперь есть стимул выжить.

– Вереш, любимый, я знаю, как позвать помощь, - сказала я быстро. – Но мне надо выйти за щит. Амина спрячет меня. Я буду в безопасности. Пожалуйста, скажи ему. Отпустите меня. Ты мне веришь?

– Я тебе верю, - сказал он слабо. – Уркат, выпусти нашу малышку. Пора ей показать, на что способна ее магия.

– Вереш, ты с ума сошел? Там же сейчас пекло, - закричал Уркат, хватаясь за волосы. – Сейчас попробую обезболить. Не двигайся.

Уркат опустился рядом с Верешем убрав мои руки, тут же накрыл рану своими.

– Амина, ты же можешь лечить, - сказала, вспомнив мое чудо исцеление магией.

«Только тебя» - Грустно сказала Амина. – «Василиса, подойди к щиту, я постараюсь провести нас, не разрушая щита».

Встав тяжело на ноги, я подошла к щиту. Поставила ладони, как и просила Амина напротив. Кровь Вереша на моих руках разрывала сердце, и делала меня безумной. Я готова на все, лишь бы спасти свою семью.

– Вася, нет! – Крикнул Уркат, когда из моих ладоней полилась серая дымка.

Он не смог отойти от Вереша, но и щит в этом месте удержать не смог. Я легко скользнула за его пределы. Убедившись, что щит восстановил свои границы, обернулась. Теперь самое страшное.

«Беги» - Сказала Амина.

И я побежала. Нежить меня и вправду не воспринимала, но Талькант все равно старался расчистить мне дорогу с воздуха. Вонь паленой плоти перемешивался с запахом разложившихся тел, от чего резало глаза, но я все равно мчалась со всех ног. Мчалась в сторону леса, где по моим подсчетам была академия.

В какой-то момент Талькант переключился на помощь Рату с Ниром, а я добежала до полупрозрачной бордово-черной стены. Остановившись в метре от нее, облокотилась на колени перевести дыхание.

– Что дальше? – Вслух спросила у Амины.

«Сделай так же, как и с щитом Урката» - Сказала Амина. – «Только осторожней»

Я поднесла ладони к стене, и она пошла рябью, магия полилась из моих рук, стелясь по ней. Я чувствовала сопротивление каждой клеточкой своего тела, руки жгло, но я их не убирала. Что ожоги моих ладоней до жизней моих любимых мужчин.

– Ну же, давай родная, - прошептала я, и приложила максимум усилий.

Стена пошла трещинами, и в один момент, не выдержав треснула, открывая мне небольшой проход, в который я тут же и выпрыгнула.