— Ну, я прошу тебя пока ничего не говорить, Мюриэл. Нет веских доказательств, и бедняге уже пришлось несладко с тех пор, как он переехал в Мейплдон, — сказал преподобный Фарнли спокойным, но твердым тоном, бросив на Мюриэл взгляд, который не оставлял места для интерпретации; с таким же успехом он мог бы сказать: «Из-за тебя, Мюриэл». — Я не хочу быть тем, кто провоцирует преследование, понимаешь?

Мюриэл кивнула, думая, что с того места, где она стояла, преподобный, казалось, боялся Билли Коули так же, как и деревенские дети. Она открыла рот, чтобы сказать это, но преподобный Фарнли поднял руку, заставляя ее замолчать.

— Ты же знаешь, как люди говорят, Мюриэл. Ты, как никто другой, знаешь. Как я уже сказал, я бы предпочел, чтобы Билли не подвергался пристальному вниманию только в результате одного разговора с ребенком, который явно уязвим. Это может привести к всевозможным проблемам. Мне не следовало пытаться поговорить с ней без профессионала… социального работника или, по крайней мере, учителя. Это было глупо с моей стороны, и Господь свидетель, я должен был знать лучше…

— Вы хотите сказать, что я должна игнорировать свои подозрения, преподобный? Позволить собственному отцу издеваться над ней?

— Нет, Мюриэл, конечно, нет. — В его голосе звучало раздражение. — Я думаю, мы оба добиваемся здесь одного и того же результата? — Он поднял обе брови, его глубокие медово-карие глаза впились в Мюриэл. — Если ты поможешь мне здесь, я смогу помочь тебе с твоей «миссией»?

Мюриэл подняла брови, чтобы соответствовать выражению лица преподобного. Что именно он имел в виду? Она усомнилась, действительно ли он знал о ее миссии, потому что его нынешнее предложение заставило ее поверить, что он не мог. Казалось, он слишком стремился защитить Билли, а не избавить от него деревню, что и было ее целью.

Если только он не знал чего-то, чего не знала она. Он был посвящен в то, чего не знала она, будучи слугой Божьим. И многие жители деревни доверяли ему свои личные дела. Возможно, у него была информация, которая могла бы ей пригодиться.

— Вообще-то, у меня есть кое-что, над чем я работаю, — наконец сказала Мюриэл. — Я уверена, что в какой-то момент в будущем вы будете полезны.

Он улыбнулся, обнажив крупные квадратные зубы.

— Хорошо. Пути Бога неисповедимы, Мюриэл. Он обеспечит безопасность паствы.

Мюриэл не была в этом так уверена. Она не могла так сильно полагаться на Господа, только на себя.

Глава 73

Анна

2019

Четверг, 18 июля

Анна подняла свой мобильный повыше, пытаясь получить полный сигнал, прежде чем позвонить Кэрри. Она дошла до конца дороги матери не только из-за сигнала, но и потому, что хотела быть вне пределов слышимости. Поболтав с Кэрри, она захотела рассказать Джеймсу о том, что узнала о своем отце. Ей нужен был кто-то, кто знал ее, кто-то, кто знал ее историю, чтобы обсудить это до конца.

Наконец, набрав четыре деления, Анна набрала номер. Кэрри сняла трубку после первого гудка.

— Мама! Где ты была? Почему ты мне не позвонила?

Сердце Анны упало. Ее бедная дочь страдала от ее отсутствия.

— Мне так жаль, любимая. Я не думаю, что задержусь надолго. — Анна поморщилась; она не должна давать ложных обещаний. — Если будет похоже, что это займет больше времени, я возьму бабулю с собой домой.

— Почему я не могу приехать туда с тобой?

— Тебе было бы здесь так скучно, Кэрри. Тут буквально нечего делать. Разве ты не помнишь, как я рассказывала тебе, как скучно мне было здесь расти? Поверь мне, ничего не изменилось.

— Но я была бы с тобой. Я скучааааааааааю без тебя, — причитала она.

— Я тоже скучаю по тебе, милая. У меня такое чувство, что в ближайшие несколько дней все может уладиться само собой. — И у нее действительно было такое чувство… она не лгала об этом. Нутром Анна понимала, что дело близится к развязке… должен был состояться какой-то грандиозный финал. Учитывая, что тридцатилетняя годовщина фактического исчезновения Джони была завтра — в пятницу, 19 июля, — это казалось наиболее вероятным днем, когда все, чем бы «это» ни было, закончится. То, чем это закончится, было тревожным, неизвестным фактором.

После дальнейших заверений Кэрри в том, что они скоро увидятся, она с радостью передала телефон Джеймсу.

— Значит, все идет не по плану?

— Не совсем. С другой стороны, я больше не думаю, что у мамы слабоумие.

— О? Тогда почему она вела себя так странно?

Анна вкратце рассказала ему о том, что происходило, время от времени слыша резкий вдох. Она закончила свой монолог той частью, где ее отец якобы бросил ее из-за поведения Мюриэл. Причина, по которой он никогда не связывался с Анной, по-видимому, заключалась в том, что ее матери так было легче. Очевидно, он любил Анну. Даже озвучивание этого Джеймсу заставило ее недоверчиво покачать головой.