Но, наверное, я зря волнуюсь, он очень координирован и вроде совсем поправился, хоть ещё рёбра видны, ест он много, даже приходиться ограничивать в еде. Каждый вечер мы сидим на крыше, болтаем обо всём на свете, это меня успокаивает и развеивает моё одиночество, которое я бы испытывал гораздо острее если бы неРык.

Пошли дожди, я наполнил все бассейны, вымыл лестницу в третьем и четвертом подъезде от срама, оставшегося от каннибалов. Приступил обустраивать хоромы на шестом этаже, установил печь, сварил бак и трубы для водяного отопления. Подготовил новую дровяную печь с водяными баками для бани, в общем готовился к зиме, на пороге был сентябрь.

В тот день я опять завёлся, когда мыл свою пленницу брюнетку, отношения у меня с ней так и не складывались, приручению она не поддавалась, оставалась такой же дикой. Поняв, что настал момент и терпеть больше нет мочи, помня прошлую неудачную попытку, кое как домыл её. Далее проделал все манипуляции, чтоб перенести закованную брюнетку на кровать, где я постелил, чистое бельё.

А это опять кокон, затем перенёс на кровать извивающееся тело, уложив на белые простыни приступил сперва к фиксации головы, за тем рук, далее ног. Туловище, на уровне таза и груди так же зафиксировал, с помощью широких кожаных ремней. Колени раздвинул в сторону используя специальный для этого фиксаторах, одеваются на колени как на лодыжки, а дальше фиксируются так, что ноги сдвинуть невозможно. В общем обездвижил каннибалку так, что она и мускулом не могла повести, при этом находиться в горизонтальном положении.

Конечно накрыл ей голову, чтоб не видеть это безумное лицо. У меня давно закрадывалась мысль, что от этой пленницы толков ни каких, и подумывал поймать реально умную, на подобие Виктории каннибалку, но всё как-то руки не доходили, хотя на будущее строил такие планы. На этот раз у меня была с собой смазка и я в предвкушении готовился всё же осуществить задуманный ещё летом эксперимент.

Рыка оставил за дверью темницы, в подъезде, он ненавидел каннибалов лютой ненавистью и мог покусать прикованную пленницу. Во время подготовки к давно задуманному соитию Рык не прекращая лаял за дверью, то убегая, то возвращаясь опять к двери, царапая ту когтями. Пару раз я крикнул на Рыка, но он всегда не слушался, если ему, что-то взбредёт в голову, а его лай, никак не способствовал романтическому эксперименту.

Его лай меня раздражал, я стоял над прикованной каннибалкой полностью раздетый весь в предвкушении, а Рык своим лаем сбивал меня с настроя. Поглаживая бархатную кожу девушки, я всё таки возбудился, нанёс смазку на её половые органы, когда услышал, что Рык истерично, надрывно, как будто захлёбываясь залаял убежал куда-то на верх подъезда. Это было совсем не похоже на Рыка, и я понял, что что то произошло.

Желание сразу пропало, страх и чувство опасности вытеснили его, я, вытерев руку от смазки, прям на голое тело одел защитный костюм, слыша, как Рык заливается наверху с истерическими нотками. Проверил обрезы, огнемёт я с собой на свиданье не взял и с бешено колотящимся сердцем, не забыв закрыть камеру пленницы, отправился на верх.

На девятом этаже, мне на встречу выскочил Рык, увидев меня он опять убежал на крышу, злобно рыча. Передумав самое худшее, достал обрез с картечью, я поднялся на крышу, осторожно выглянул и осмотрелся. Рык стоял на парапете и смотря куда-то вниз злобно рычал, приседая на передние лапы.

Выглянув с крыши вниз, я увидел оживление среди каннибалов, толпы носились без видимого направления общей массы, проще говоря на первый взгляд хаотично.Лай Рыка никогда такого ажиотажа среди каннибалов не вызывал, но девятый этаж, слишком высоко чтобы что ни будь разглядеть, поэтому я нырнул в свой первый подъезд и спустился на четвёртый этаж. На четвёртом зашёл в квартиру, где балкон выходил на это оживлённое движение каннибалов и был не застеклён.

Внизу возле соседнего дома через дорогу развивалось какое-то странное событие. Трое мне уже давно знакомых каннибала с бритыми головами, отмахивались топорами от толпы разношёрстных тупых каннибалов, которые почему-то решили наброситься на них. Но присмотревшись к каннибалам, что бросаются на тройку бритоголовых, я увидел у тех в руках палки, камни, и даже куски каких-то железяк, что говорило это новая стая, которую я ещё не видел, покрайней мере её представители мне были незнакомы. Новая стая была очень крупной, не меньше пятидесяти особей, если меня не подводило зрение, таких крупных стай мне ещё не доводилось видеть.

Большая группа окружила тройку и прижала к её стене дома. Бритоголовые стояли плечом к плечу с поднятыми над головами топорами и явно оборонялись. Всё происходило без криков, молча, только удары предметов и шуршания ног.

Тройке не давали выбраться из полукруга, и как только они делали попытку прорваться из блокады в них летели камни палки, некоторые из них попадали довольно существенно, на бритоголовых виднелись кровоточащие раны. Каннибалы с топорами не были лёгкой добычей и в долгу не оставались, под ногами окруживших их каннибалов уже лежало без признаков жизни несколько трупов. Но количественное превосходство было явным не в пользу тройки, полукруг, сжимался, прижимая тройку бритоголовых к стене.

Позади большой группы стояла особь женского пола, которая не лезла в саму драку. Она всё время находилась в движении, бегая за спинами нападающих, как будто подталкивая тех сжимать круг. Вот бритоголовые опять приняли попытку прорваться, но одному из них камнем попали в лицо, он упал на колени, незамедлительно получил трубой по голове от одного из нападающих, упал замертво.

Девушка каннибалка погладила по плечу каннибала с трубой, что добил одного из бритоголовых и сразу же побежала на другой конец полукруга, теперь подгоняя с той стороны.