Шрифт:
– Набор джентльмена, - улыбается он.
Улыбаюсь в ответ.
Илья вскрывает упаковку, достаёт презерватив и зажав двумя пальцами кончик, натягивает презерватив на свой большой член. Закончив, снова подходит ко мне.
– Реально, хочу тебя так, что ноги дрожат уже просто. Давно я так женщину не желал...
– И я тебя хочу...
– шепчу я.
– Очень...
Он снова ныряет ко мне. Нависнув надо мной, целует меня до головокружения, до приятной слабости, до трепетного возбуждения...
Раздвинув мои ноги, тихонько гладит киску... Я уже просто с ума схожу от желания...
– Какая классная...
– слышу я его тихий, возбуждённый голос, от которого просто балдею.
– Красивая, яркая, мокрая... Мммм... Аж блестит... Пиздец, хочу тебя как.
Выгнувшись, тихо вздрагиваю от каждого его прикосновения пальцами к губкам, к клитору, к дырочке, из которой просто течёт уже...
– Ну же...
– придвигаясь к нему, тороплю его я.
– Ну же...
Член входит так легко, будто создан для моей киски... Всхлипнув, на мгновение задыхаюсь от охватившего её блаженства....
Илья принимается тихонько, осторожно трахать меня, и каждое его движение отзывается во мне потрясающим удовольствием... Но хочется глубже и быстрее... Чуточку подмахиваю кискойнавстречу его члену и Илья ускоряет темп.
– О да...
– выдыхаю я.
– Да... Вот так... Да...
Он трахает меня всё быстрее и быстрее, отчего я просто уже схожу с ума на этом диване. Наслаждение такое, что я впадаю в какую-то сладкую прострацию... Отдаюсь ему совершенно искреннее, балдея от того, что он делает...
Запрокинув мои руки, он скрещивает их запястьями над моей головой и удерживает одной рукой. Другой же ласкает клитор, трахая при этом в таком темпе, что я дышу уже сладкими стонами...
– Ты моя девочка...
– шепчет он.
– Моя сексуальная, моя красавица, моя страстная...
Его голос и то, что я чувствую, сводят с ума... Отдаюсь ему так, как не отдавалась никогда и никому... Мне хочется, чтобы это длилось и длилось... Боже, как же классно...
– Да...
– выдыхаю я.
– Да... Трахай меня... Трахай...
Отпустив мои руки и подхватив меня под попу ладонями, он приподнимает её и ускоряется настолько, что у меня глаза закатываются от наслаждения. Он трахает меня теперь так яростно, что, наверное, даже жёстко. Просто дерёт, как сучку... О да...
Я уже не в силах ничего говорить... Моё дыхание теперь - тихие вскрики от удовольствия... Которые становятся всё громче и громче, потому что я полностью теряю над собой контроль...
Оргазм не заставляет себя ждать. Дёрнувшись и изогнувшись дугой, я, напуганная его подступающей мощью, пытаюсь избегнуть его, но Илья настолько силён, что его власти надо мной я не в силах ничего противопоставить. Удерживая меня, он ускоряется ещё сильнее и наконец меня сотрясает просто в мощнейшем оргазме.
Кончаю, срывая голос... Судорожно дёргаясь в его руках, ору просто от того, как ярко кончаю...
Зарычав, он кончает сразу следом за мной. В меня... Чувствую, как пульсирует его член, слышу его низкий, хриплый голос... и распахнув глаза, вижу его лицо...
Какой же он охрененный...
Глава 26
Ресторан на первом этаже этого отеля - оказывается очень приятным. Мы с Ильёй вкусно ужинаем, и вскоре на столе остаётся только початая бутылка "Ламбруско" и нарезка из твёрдых сыров. Пока Илья возится с видео, я задумчиво пью вино, и, то и дело, украдкой посматриваю на него.
Впечатления о нём за время нашего общения у меня сложились очень неоднозначные. С одной стороны он в прямом смысле восхищает меня, с другой - я ловлю себя на мысли, что он для меня - загадка посложнее многих.
Сексом мы занимались весь день. Он был просто неутомим. Видео давно выключилось, презервативов было использовано несколько штук - все, что были в упаковке. Собственно говоря, несмотря на то, что он очень возбуждает меня, не уверена, что могла бы сейчас продолжить. Я отвыкла от секса и, учитывая то, как много его было сегодня, моя киска точно нуждается в отдыхе. Да и просто: то ли недосып сказался, то ли все эти нервотрёпки, но чувствую я себя немного уставшей.
За чистыми стёклами окон - чёрная ночь и пятна уютного оранжевого света. Уличные фонари.
Илья, отложив телефон в сторону, берёт бокал с вином и, сделав глоток, поглядывает на наручные часы. Встречу он перенёс на десять вечера. Сейчас - пять минут девятого. Он нервничает из-за возможных пробок, но старается этого не показывать. Как я понимаю, это в его натуре: волнуясь, не подавать виду. Но если его знать хотя бы немного, вот как я сейчас, то эти моменты видны. Он и шутит, когда волнуется, и матерится.