И ты правильно сделала, Алина, что не повелась на обаятельную улыбку этого парня. И на эту вызывающую маскулинность. И на этот аромат, от которого... Так, стоп! Направь мысли туда, куда нужно! Собеседование, вот о чём надо думать! Собеседование, Алина. Собеседование.

Собеседование.

Всё, больше ничего.

Ты за этим в Питер и прилетела.

Аэропорт Пулково кажется бесконечным. Я всё иду и иду, нервно посматривая на присланную смс о том, что меня ждут у конкретного выхода с табличкой "Алина, Москва".

Наконец, миновав очередной проход, за заграждением я вижу полного мужчину лет пятидесяти в чёрном костюме и белой рубашке. Он немного бородат, аккуратно подстрижен и, среди толпы других встречающих, держит в руках аккуратную белую картонку, где синим фломастером крупно написано: "АЛИНА, МОСКВА".

– Добрый день, - улыбнувшись, говорю я, подходя к нему.

– Добрый, - приятно улыбается он, и опускает картонку.
– Вы - Алина, сторителлер?

– Всё верно, - киваю я.

– Тогда пойдёмте, - кивает он в сторону выхода из аэропорта.
– Доедем быстро, привезу вас вовремя.

– Отлично, - снова улыбаюсь я.

Хотя мне нифига не отлично. Мне откровенно погано.

И с этим надо что-то делать.

Причём, срочно.

Переговорная выглядит впечатляюще. Мраморные колонны, мраморный пол, аквариумы в стенах, экзотические растения, запах цветущих лилий в вазах, лилий, овальный стол из тёмного дуба, изогнутые стулья в классическом стиле с упругими подушками, картины импрессионистов на стенах, камин, сигарный лаунж.

Эти ребята любят роскошь и умеют производить впечатление.

Моё волнение принимает форму отчаяния, когда я сажусь напротив трёх мужчин, одетых, как завзятые метросексуалы. Наверное, иначе топ-менеджеры итальянской одёжной сети выглядеть и не могут. В том смысле, что не могут позволить себе выглядеть не столь сногсшибательно.

– Джованни Риччи, заместитель генерального.

– Владимир Подгорный, глава рекламного отдела российского представительства компании.

– Александр Сергеев, бренд-менеджер.

И я. Алина Белова - сторителлер по найму.

Собеседование поначалу напоминает светскую беседу с очарованием улыбок, обилием комплиментов и моей скромной приятной смущённостью. Затем первращается в что-то вроде допроса, а после трансформируется в идеально деловой разговор: что вы можете дать нам взамен на все те плюшечки, что мы предлагаем вам.

Довольно скоро становится очевидно: мы нужны друг другу в равной степени, и всё, что мне нужно сделать для них - это исправить ситуацию с незашедшей в России рекламной компанией.

– Особенности российского менталитета, - будто извиняясь, с улыбкой пожимая плечами, доверительно сообщает мне этот смазливый брюнет с зализанными назад волосами - Джованни.

– Я понимаю, - улыбаюсь я.
– Больше того, у меня уже сейчас есть ряд идей, которые на мой взгляд несмоненно адаптируют вашу рекламную компанию под особенности российского рынка.

– Это интересно, - подавшись вперёд, скрещивает пальцы Владимир.
– Поделитесь?

Делюсь заготовками, создавая презентацию на базе только что прошедших переговоров.

Судя по всему, они в восторге. В то время как я внутренне вся трясусь от страха и тем не менее, похоже, очень неплохо хорохорюсь. Всё это во многом из-за отчаяния. Я очень, очень хочу заняться этим брендом. Тем более, что они предоставляют мне и огромную свободу действий и просто потрясающее финансирование.

– Таким образом, - завершаю я свою пламенную речь, - мы получаем в сухом остатке более яркий бренд, лояльность российской аудитории, возможность в ближайшей перспективе увеличить долю рынка и абсолютнейшую свободу в плане выпуска рекламных роликов. Потому что они все проходят под маркировкой 16+, при том, что делают акцент на сексуальности образов. Намёк на вопиющую мужественность. К тому же при таком раскладе вы охватываете большую возрастную вилку. С учётом выпуска новой линии мужской одежды, потенциальная аудитория - от 18 до 60 лет. Это огромный охват. А поскольку в контексте ценовой политики - соотношение цены и качества лучше, чем практически у всех конкурентов, мы этой ребрендиговой и последующей рекламной компанией выведем клиентуру на покупку одежды не только в именных бутиках, но и в контексте коллабораций с компаниями, торгующими сопутствующим товаром.

– Почему?
– прищурившись, уточняет Александр.

– Потому что ставка как раз на бренд. А не на товар.

Он усмехается, и поворачивается к Джованни. У того на тонких губах играет змеиная улыбка. Заметно восхищённо качнув головой, он произносит:

– А вы хороши. И да, мне нравится тот шаблон, который вы показали. Ярко, интересно, интригующе.

Александр согласно кивает. Снова повернувшись ко мне, он спрашивает:

– И вы собираетесь полностью создать эту концепцию?