Леший ушел в глубокую перезагрузку. С минуту он рассеяно водил глазами по земле, а затем снова уставился на меня:

— Я ведь, как чувствовал, что ты мне не все тогда у обелиска сказал! Ты знаешь о Незримом мире намного больше, чем все остальные. И эта информация, тобой получена явно не опытным путем. Я ведь прав? Откуда тебе известно про «подсистемы»? Я вот такую теорию впервые слышу и для меня сейчас она звучит, как бред. Но я тебя знаю, Ворон. Очень хорошо знаю. Ты не стал бы просто так лгать, или говорить об этом, не имея весомых доказательств, которые бы смогли тебя убедить самого.

Я не стал отпираться:

— Конечно я не все тебе рассказал. Извини, но ты все еще не стал человеком, которому я готов полностью довериться. Справедливости ради — сейчас вообще нет таких людей, кроме моих родителей. Но они в Незримом мире новички, и уж точно не те, кто может на что-то влиять.

— И ты станешь молчать, даже если это сможет помочь нашей расе получить преимущества? — нахмурился он. — Я ведь не для себя спрашиваю. Ты прекрасно знаешь, кто я, и чьи интересы представляю.

— А я помогаю, если ты вдруг не заметил! Прямо сейчас помогаю, выдавая тебе координаты врага, которые бы вы не узнали, как минимум, до ближайшей осады. Но есть вещи, знание которых может полностью изменить взгляды человечества на происходящее. Они способны разделить нас на два противоположных лагеря, и поверь, это никак не сделает позиции землян в Незримом мире лучше.

— Все так серьезно, Ворон? Может хотя бы намекнешь, какая такая информация способна разделить человечество? Я вот что-то не могу сходу даже что-то близко придумать.

— Давай попробуем, — кивнул я. — Но сначала ты ответишь на мои вопрос. Ты рад, что Незримый мир пришел на Землю?

— Сложно сказать, — задумался он. — С одной стороны — это для нас новые возможности и горизонты, но с другой…

— Да, или нет?

— Ладно, Ворон. Отвечу так: если бы у меня имелась даже призрачная возможность от него избавиться — я бы согласился на это, не задумываясь.

— Даже так? — удивился я. — Почему?

— Да хотя бы потому, что раньше человечество имело выбор! — возмущенно воскликнул Леший. — Да, мы развивались куда медленнее, еще долго оставались бы смертными и не имели сверхспособностей…

— Но?

— Но мы к этому шли! И при том, всегда сами определяли свой путь! Понимаешь? А теперь вынуждены принять чужие правила и двигаться туда, куда нам указал некий эфемерный «Создатель», при этом не зная, чем в итоге все обернется. А самое страшное: у нас больше нет никакого выбора!

Интересная позиция…

— А может тебе просто не хватает прежней власти? — я одарил его таким пронзительным взглядом, на который только был способен. — Раньше ты мог засадить кого угодно за решетку, диктовать свои правила другим. А что теперь? Максимум, что ты сделаешь оппоненту с кольцом — вызовешь на никчемную дуэль, после которой он снова пойдет творить все, что захочет. Если честно: я удивлен, как вы еще справляетесь с этим беспределом и поддерживаете на Земле порядок.

— Отчасти ты прав, — невозмутимо кивнул он. — Но по нынешним меркам я вынужден засунуть свои личные амбиции в задницу и думать глобальнее, чем просто о каких-то дорвавшихся до сладкого отморозках; тем более Земля им теперь почти не интересна. Ведь появился новый враг, убийство которого не только не наказывается, но даже еще и поощряется. Впрочем, это уже частности, Ворон. Ты хотел услышать мою позицию — ты ее услышал. Если мы углубимся в философию, то этот разговор закончится через месяц. Лично я против Незримого мира, и точка!

— И что, в правительстве остальных стран все также думают? — осторожно поинтересовался я.

— Если бы! — он злобно сплюнул на землю. — Большая часть руководителей ошалела от того, что есть возможность грабить новые миры. Жажда наживы никуда не делась, тем более, теперь этим можно пользоваться вечно, имея в запасе пару десятков воскрешений, и нисколько при том не старея. Из-за таких, как они мы до сих пор не смогли наладить дружественные связи с нашими противниками. Бессмертие в кармане — так зачем перед кем-то прогибаться? Такая вот у них философия.

— Что и требовалось доказать! — ухмыльнулся я. — Ты только что сам подтвердил мои опасения. Два противоборствующих лагеря уже существуют, вот только у них нет основания ссориться окончательно, пока есть общий враг. И лучше будет, чтобы так все и оставалось.

— Не понял, — он смерил меня подозрительным взглядом. — А ты хочешь сказать, что способен это изменить? Ты, обычный студент, знаешь, как победить амбиции Создателя, который управляет миллионами миров? Прости, но это уже совсем не смешно.