Гул двигателя прорывается сквозь мои тревожные мольбы.

Мы отчаянно сканируем воду, пока не замечаем маленькую рыбацкую лодку, рыскающую по водам. Мы ждем, когда она приблизится, и начинаем кричать, вопить и размахивать руками, стараясь не расплескать воду. Лодка останавливается рядом, и Кален, не испытывая ни капли страха, ныряет под нее и плывет прямо в кишащую акулами воду.

Я смотрю, в ужасе ожидая, когда он всплывет. Он всплывает, прямо рядом с лодкой, и забирается на борт, как раз когда акула делает выпад. Я вижу, как он разговаривает с растерянным мужчиной и жестом указывает на нас, после чего отталкивает его с дороги и забирается в кабину лодки. Мгновение спустя лодка разворачивается и с ревом несется к нам, и я плачу, когда вокруг брызгами разлетается вода от акул.

Одна из них почти достает нас, но лодка проносится мимо нее и затем останавливается рядом с нами. Кален подходит к бортику и тянется вниз, пытаясь вытащить нас из воды так быстро, как только может. Я перебираю ногами в воде, пока он тянется, помогая Тайлеру забраться внутрь. Кален вытаскивает меня, потом Риггса и Фина. Я падаю на грязное днище рядом с Тайлером, Фин и Риггс падают с другой стороны от меня, а Кален сидит у наших ног, пока человек, владеющий лодкой, кричит в рацию. Я поворачиваю голову и чувствую, как вода стекает по моему лицу, а солнце нагревает каждый измученный кровью дюйм моего тела. Я встречаю взгляд Тайлера и улыбаюсь.

— Мы сделали это, малыш, мы в безопасности, — шепчу я и, используя последние силы, тянусь рукой по дереву к его руке. Он хватает мою руку и переплетает наши пальцы.

Улыбаясь, я закрываю глаза и снова поворачиваюсь лицом к небу, когда чувствую, как еще одна рука хватает мою свободную. На мою ногу ложится ладонь Калена, на бок — Фина или Риггса. Все они прикасаются ко мне, пока мы молчим.

Мы свободны, но мы лишились очень многого на этом пути.

ПЕЙТОН

Как только мы оказываемся на корабле, события развиваются довольно быстро. Нас везут на остров, где собрались те, кто был наверху. Там царит возбужденная болтовня и раздается множество вопросов, но мы все слишком измотаны и изранены, чтобы отвечать на них. Я приветствую Стива и рассказываю ему, что произошло, пока мы ждем прибытия вертолета. Он прилетает через тридцать минут, и Тайлера эвакуируют по воздуху. Я отправляюсь с ним, так как он не хочет отпускать мою руку. Остальные сразу отправляются на катере на материк с ближайшей больницей, куда нас доставляют по воздуху.

По дороге я опускаю голову ему на грудь, пока они ставят капельницу и проверяют его показатели, одновременно зашивая его раны. Они пытаются осмотреть меня, но я качаю головой. Он нуждается в них, не я. Когда мы приезжаем в больницу, его увозят на операцию, а меня принудительно осматривают. Мне делают несколько уколов и заставляют принять антибиотики. Они также вынуждены зашить некоторые раны от монстров. Когда они спрашивают, от чего они появились, я просто смотрю в сторону, зная, что вероятность того, что они мне поверят, довольно мала.

Два часа спустя я лежу в кровати и под капельницей от обезвоживания, когда приходят остальные. Мы вместе ждем новостей о Тайлере.

Странно чувствовать себя на свободе, я чувствую себя… нервно рядом с ними, словно не зная, как себя вести. Действительно ли они все еще мои, как тогда, в пещере? Или они снова откажутся от меня под солнечным светом? Но затем Кален подходит и берет мою руку так же легко, как раньше, может быть, даже проще, будто так и должно быть. Фин опускается на кровать рядом со мной, прижимаясь ко мне, а Риггс кладет голову мне на ногу.

Я начинаю плакать обо всем, что мы потеряли, но также и обо всем, что мы приобрели.

Майкл… Я даже не могу начать горевать о нем, но усталость и боль переполняют меня, и я рыдаю. Они держат меня все это время. Его имя на моих устах, и, наконец, мой разум отключается, и я проваливаюсь в сон.

Меня окружают те, кого я люблю, мое сердце тянется к другому, которого нет с нами, надеясь, что удача изменится и с Тайлером все будет хорошо.

И что мы оставили все эти плохие моменты там, в темноте.

Меня разбудил врач. Мой разум затуманен, и доктор любезно ждет, пока я выпью воды и полностью преодолею дымку, прежде чем сесть и начать говорить. Он объясняет, что им пришлось немедленно оперировать Тайлера, чтобы закрыть внутреннюю травму. К счастью, его органы не были повреждены, но он потерял много крови. Ему сделали два переливания крови, а все остальные раны были обработаны. Он находится в отделении на внутривенной капельнице, как и я, и мы можем увидеть его, если захотим. Я пытаюсь встать на ноги, а доктор вздыхает и помогает мне подняться, чтобы я могла опереться на шест для капельницы, а затем вскоре усаживает меня в инвалидное кресло и везет на другой этаж и в другую палату. Мои мужчины следуют за мной.