Привратник состроил решительную мину, однако переиграть чужака в гляделки не сумел. Заморгал, вертя головой, и глубоко вздохнул.

— Дахаб, — поманил он пистолетом, отступая в полутьму.

— Не! Не! — запротестовал Бруно. — Я очень опасен! Нельзя мне туда! Я… я… — захныкал он, — я же оттуда не выйду!..

Незнакомец молча схватил его за шкирку и втолкнул в дверной проем.

Едва Бруно влетел на склад, как его подхватила пара рук и приперла к воротам, приставив к горлу нож.

— Кунсамт со, — предостерегающе прошипел коротко стриженый сельджаарец в красной рубашке. Маэстро шуметь и не собирался, от страха проглотив язык.

Чья-то рука принялась ловко и профессионально обыскивать мятый сюртук. Бруно вздрагивал и сжался, когда рука, заслышав звон, влезла в карман, зажала в ладони накуды. Маэстро уже попрощался с честным, на грани риска для жизни заработком, однако рука так ничего и не взяла.

— Бихт, — объявил привратник, и нож отстранился от горла. Бруно облегченно выдохнул, но преждевременно: его потянули за плечо, а место ножа заняло дуло пистолета, уткнувшегося между лопаток.

Незнакомец переступил порог следом, слегка пригнув голову, чтобы не удариться о притолоку, и на него тут же выскочил из-за двери сельджаарец в зеленой рубашке и заломил руку за спину. Незнакомец не сопротивлялся, невозмутимо вытерпел процедуру обыска.

— Бихт, — повторил привратник, и чужака толкнули к Бруно.

За спиной заскрежетал запираемый засов, лишая даже призрачной надежды на бегство.

— Не убьют, — сказал незнакомец, и Маэстро даже вздрогнул от неожиданности. — Если будешь молчать.

— Самт нне, — предупредили сзади и невежливо ткнули в спину.

Бруно послушно зашагал, на всякий случай подняв руки.

Их вывели в распахнутые ворота основного складского помещения, где помимо многоярусных стеллажей с лестницами и подъемными платформами на лебедках стояли три крытых телеги. Склад пропитывал запах залежавшихся пряностей, перебивавший все прочие. Аромат был настолько крепким и навязчивым, что Бруно зажал себе нос, чтобы не расчихаться. Он когда-то от кого-то слышал, что этельские специи — идеальный способ избавляться от трупов, ни одна собака в жизни не унюхает. Эта внезапная мысль почему-то крайне обеспокоила Маэстро, а приваленные к стеллажам холщовые мешки стали казаться очень уж зловещими.

В центре склада на свободном пространстве было людно. С одной стороны стояли человек десять сельджаарцев во главе с высоким, подтянутым мужчиной в белой шелковой рубашке, черных брюках и кабирских туфлях. Он был молод, смугл, ухожен, аккуратно стрижен, носил короткую черную бороду. На поясе, как и положено у уважающего себя кабирца, висела джамбия в ножнах.

С другой стороны было полдюжины ландрийцев, нервно переминающихся с ноги на ногу позади пары представительных господ. Господам не хватало только манерно зажатой в пухлых пальцах сигары для полного соответствия карикатурам из журналов и листовок подпольных и не очень движений за свободу народных масс от гнета эксплуататоров-богачей. Ну и физиономии были не наглыми и мерзкими, а сконфуженными и напряженными.

— Мы так не договаривались, ар Катеми! — недовольно проворчал, постукивая изящной тросточкой, тучный, гладко выбритый господин, едва увидел, как четверо конвоиров ввели на склад Бруно и незнакомца. — Так дела не делаются!

Кассан мельком взглянул на них, чуть дольше задержавшись на Маэстро, широко улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

— Спокойно, Кропп, — произнес сельджаарец почти без акцента. — Ты пришел делать бизнес или таращиться на моих людей?

— Это твои люди? — недоверчиво спросил господин, брезгливо разглядывая Бруно, которого поставили вместе с чужаком с краю толпы сельджаарцев.

— Мои, — холодно ответил Кассан. — Припозднились. Я с ними об этом еще поговорю. Ну, Кропп? Ты успокоился?

Кропп переглянулся с партнером, который приподнял цилиндр и обтер блестящую лысину.

— Так сколько берешь? — Кассан скрестил руки на груди.

Кропп постучал об пол тросточкой, в задумчивости возведя очи горе и беззвучно шевеля губами.

— Двадцать мешков, — подсчитал он.

— Двадцать? — рассмеялся сельджаарец. — Почему так мало? Бери сразу сотню. Лучший товар во всей Анрии, нигде такого больше не найдешь, Альджаром клянусь!

— Так-то оно, может, и так, — Кропп задумчиво потер выбритый подбородок и наставил палец-сардельку: — Но не привык я верить клятвам, даже таким громким. Возьму пробную партию. Посмотрим, как разойдется, посчитаем прибыль, а уж после заключим соглашение о дальнейшем сотрудничестве.

— Кэф бимра ларди ан се! — всплеснул руками Кассан, хитро сощурив глаза. — Я не обманываю партнеров, не оскорбляй меня недоверием. А лучше сам убедись в качестве товара, хоть сейчас.

Кропп брезгливо поморщился.