Телефон вибрирует, сообщения от Андрея продолжают приходить, но я только и могу, что смотреть в пустоту – сквозь толпы торопливых людей. Всегда было интересно, о чем думает другой, незнакомый мне человек. Сейчас интересно, о чем думает Андрей.

Я: ну почему ты терроризируешь меня?

Я: что я тебе сделала?

Андрей: я уже говорил

Андрей: я защищаю тебя

Андрей: меньше всего я хотел тебя расстраивать

Андрей: но видимо чтобы ты поняла, надо

Диалог с ним открыт, мне приходит скрин. Скрин из «Телеграма», но не из самого приложения, а веб-версии. Скрин переписки с «Кирюшей», так он записан.

Андрей: если тебе этого недостаточно, то я не знаю, что сделать, чтобы ты поняла

Читаю сообщения Кирилла, отправленные полчаса назад.

Андрею больше не отвечаю. А мне и нечего ответить – разве что поблагодарить за правду.

Андрей: Лизуша

Андрей: отвечай мне

Но я не могу ответить. Пальцы тяжелеют, сложно попадать по клавиатуре. Вновь открываю скрин.

Кирюша: Короче еду сейчас к ней

Кирюша: В Парк Победы

Кирюша: Понятно что сегодня мне не светит

Кирюша: Но думаю, что уже скоро

Кирюша: Не люблю таких замороченных

Кирюша: Чтобы хрен пойми что надо сделать

Кирюша: Чтобы дала

Потом идут два замазанных сообщения – Луны или Андрея, без понятия. Наверное, все-таки Луны, вряд ли Андрей записал бы Кирилла как «Кирюша». И абсолютно точно Кирилл не входит в круг его близких друзей.

Кирюша: Я и говорю, замороченная

После этого скрин обрывается.

В голове каша, но я понимаю, что здесь говорят обо мне. Нужно быть полной дурочкой, чтобы этого не понять.

Пытаюсь полноценно сделать вдох, но не выходит – легкие будто сжимаются, кислород не поступает. Прикрываю рот рукой, стараюсь зевнуть, чтобы надышаться, но только продолжаю задыхаться.

Звонит телефон.

Почему-то я подумала, что это может быть Кирилл, но впервые за все последнее время рада, что это Андрей.

Не Андрей – незнакомый номер, владельцем которого может быть кто угодно, поэтому я беру трубку.

Ведь я знаю владельца.

– Прости, что расстроил тебя, – сходу начинает он.

– Андрей, – говорю я, но приближающаяся истерика не дает четко и быстро сформулировать мысль, – это фотошоп, да? Ты эту переписку сам сделал?

– Да нихрена это не фотошоп.

Снова я разбиваюсь на осколки, словно брошенная в стену бутылка.

Как я могла подумать, что хороший, адекватный парень может заинтересоваться мной? Почему из меня делают вещь, которую можно выбросить за ненадобностью? Разве на мне написано, что мной можно пользоваться?

– Тогда можешь рассказывать Кириллу мою тайну. Мне все равно.

– Мне не все равно.

Из звуков с моей стороны – несдержанный всхлип, сбитое дыхание, может быть, даже биение сердца, проезжающие машины/маршрутки, гавкающая у супермаркета собака, реклама электроники. Из звуков с его стороны – тишина, словно пульс снижался, пока вовсе не остановился.

– Скинь в «Телеграм» свою геолокацию. В точности до десяти метров.

– Ты у меня заблокирован.

– Это я прекрасно знаю, но я жду. И сделай так, чтобы она транслировалась минут пятнадцать.

Андрей сбрасывает.

А я как цирковой пудель: дали команду – выполняю.

Почему? Неужели я правда хочу, чтобы он приехал? Если я сейчас падаю, то Андрей – мой парашют?

Разблокировать Андрей?

Да.

Отправить геолокацию.

Глава 7

Неправильные чувства

Наверное, я дура.

Трезво оцениваю ситуацию.

Очень жалею, что скинула Андрею свою геолокацию, но надо признаться – скинула по собственной воле… и еще тупости, возможно. Минут двадцать сидела на лавке – менялись люди, играющие песни, даже бродячие кошки, а я почему-то неподвижно сидела и ждала, параллельно удаляя старые фото из нашего с Луной диалога. Кажется, что наши с ней общие материалы – это правда черная дыра или Марианская впадина. Чего здесь только нет.