— Просто обычно в такое время тихо, а тут я услышала шум. Хотела просто узнать, в чём дело. А это, оказывается, вы дерётесь тут, — тон девушки был наивно детский, чего не могли не заметить другие, легко посмеявшись.

— Ты такая милая, — улыбался Серафим.

— Какая лапочка, я не могу (№ 3).

Девушка заулыбалась, добавляя движения хвостом. Вдруг, один из толпы ушёл в сторону. Джаари это заметила, и на всякий случай решила уточнить, глядя то на Серафима, то на остальных:

— Я что-то не то сказала?

Люди начали переглядываться. И по озадаченным взглядам девушка добавила:

— Просто один из ваших ушёл. Я подумала, что может, мои слова как-то задели его.

— Кто? — Серафим обратился к ребятам, не заметив, кто ушёл.

— Да Миша (№ 5).

— Михаэль (№ 6).

— А, да не волнуйся, лапочка, может просто посс…, кхм, кхм, в уборную отошёл, — сказал главный. Он также понял, что для демонессы может быть непривычно видеть пьяных людей. И потому добавил:

— Джаари, послушай. Тебя же так зовут? Я правильно произнёс?

— Да-да.

— Джаари. Мы тут немного буяним между собой. Выпили. Ну, ты понимаешь, что с людьми делает алкоголь, и что это такое?

— Да-да, понимаю. Всё в порядке, ребят. Мне просто немного привыкнуть надо. Когда меня поймали на границе, я, кстати, чувствовала себя в безопасности, несмотря на столько солдат с автоматами вокруг. Думаю, это заслуга Виктора. А сейчас, несмотря на то, что у вас оружия нет, я просто немножко смущена тем, что…

— Ну, говори, не бойся (№ 1).

— Да не знаю я. Просто для меня очень странно сейчас стоять тут с вами. Потому что я вроде как в плену. Но при этом вы ко мне хорошо относитесь, а кандалов на мне и вовсе нет.

Серафим спросил:

— И что, ты боишься какого-то треша или нежданчика? Тебя пугает свобода и неизвестность?

— Вот что-то типа этого, да. Не могу точно сформулировать.

— Да не парься ты, милая. У нас всех есть приказы. Был приказ тебя пытать? Нет. Был приказ тебя убить? Тоже нет (№ 2).

— А если прикажут? Убьёте? — слова будто сами вырвались из уст девушки.

Наступило неловкое молчание. Джаари уже пожалела, что стала общаться так открыто. Наконец, Серафим ответил за всех:

— Смелый вопрос, конечно. Моё уважение. А то "я бою-усь", "мне некомфо-ортно", — главный утрированно спародировал демонессу, и после лёгкого смеха парней продолжил.

— Джаари, я думаю, что если такой приказ и поступит, то люди начнут сомневаться в Системе. Потому что у тебя на самом деле полно поклонников. Да и против тебя идти сейчас — это все равно, что идти против Виктора. А там и Ксандер, и ещё кто-то по-любому. Так что, милая, не думай даже об этом. Да чего скрывать, ты и мне тоже нравишься (демонесса улыбнулась). Да-да, и вот эта улыбка твоя, душу согревающая. Ну, кто осмелится? Не, это уже фантастика какая-то. В общем, я бы тебя обнял крепко по-братски, хах. Только вот Вит…, то есть Виктор. Виктор мне потом башку оторвёт. Повезло тебе с ним.

— Спасибо, Серафим.

— Серафим, ахах (№ 3).

— Зови меня просто Серый, дорогая. Вчера я просто на спор к тебе подошёл, чтоб пообщаться. Но так как мне общаться особо не хотелось, то вышла какая-то х… ерунда.

— Так во-от, что это было. А я-то думаю, почему ты такой странный. Пришёл, сказал чего-то, ушёл. Как зомбированный какой-то или робот.

— Хах. Да-а, представляю, каким болваном я мог выглядеть в тот момент. Да, кстати. Мы тут все фамильярничаем, по крайней мере, в моём окружении. Тебя это не напрягает?

— Нисколечки. Я считаю, что такой тип общения наоборот сближает. У нас же сейчас не какая-нибудь дипломатическая миссия с переговорами.

Люди ещё о чём-то спрашивали девушку, пока Михаил не вернулся со столом:

— Расступись.

Люди озадаченно отошли в сторону, а Михаил снова отошёл.

— Ты чего задумал, Мишаня? — крикнул вслед Серый.

Но тот просто молча завернул куда-то за угол.

— Щас стулья принесёт.

Разговор прервался молчаливым ожиданием действий солдата. Но долго ждать не пришлось. Тот действительно вытащил откуда-то стулья, надев на руку специальную перчатку. Товарищи бросали короткие шутливые фразы, пока Михаил расставлял мебель и готовился. Вот он сел, поставил руку на локоть, и утвердительно сказал, глядя прямо на Джаари:

— Идём, поборемся.

Демонесса на автомате вопросительно посмотрела на главного. Тот, конечно заступился, видя растерянный вид шпионки:

— Ты бы хоть спросил девчулю для начала, хочет ли она. Может, у неё рука болит. Где твои манеры, алкаш?

Тот встал с места, грозно посмотрев на мужчину:

— Ты кого алкашом назвал? Кем себя возомнил вообще?

Понеслась. Серафим направился в сторону наглеца. Послышались "успокаивающие" слова от парней:

— Тихо, тихо, Серый, хорош (№ 6).