Ему мягкосердечный Перимал,

С тем, чтоб изделья своего народа

На берег он с армады отослал.

Он говорил, что короля приказы

Должны безмолвно выполняться сразу.

83

Напрасно он взывал; уже правитель

Мечтою кровожадною томился.

Как гнусный лихоимец и грабитель,

Он погубить великий флот стремился.

Презренных мавров тайный покровитель

Спалить в огне гостей безвинных тщился,

Чтоб память о великом, славном деле

До Лузовой страны не долетела.

84

Да, этого хотели мусульмане,

Надеясь, что за смертью мореходов

Их государь состарится в рыданьях,

Забыв и думать об индийских водах.

Но капитан, тревогой обуянный,

Хотел отплыть к покинутому флоту,

И требовал он лодку - но напрасно:

Неумолим был Катуал злосчастный.

85

Он с наглою ухмылкой заявил,

Что Гама поступил как вор презренный,

Когда бы другом он индийцам был,

То флот привел бы в гавань непременно,

Нет, не случайно он армаду скрыл,

Он злобою был движим откровенной,

А если нет - пусть шлет распоряженье,

Чтоб в гавань флот вошел без спасенья.

86

Тут понял славный Гама, что недаром

Флот к берегам правитель приглашает,

Что гибелью, разбоем и пожаром

Такое приглашенье угрожает.

Узрел воочью мореход бывалый,

Что смерть над ним, как туча, нависает,

Он тысячи опасностей страшился

И лишь на волю вырваться стремился.

87

И мысль его тревожная блуждала,

Как солнца луч, что зеркалом игривым

Бездумно отражается, бывало,

И по стене блуждает шаловливо.

А та рука, что вдаль его послала,

Шутя, все ищет солнца переливы,

И луч дрожит, и мечется, и бьется,

Пока рука-шалунья не уймется.

88

И, думам неустанным предаваясь,

Вдруг вспомнил Гама, что Куэлью славный

На шлюпке капитана дожидался,

Долг выполняя честно и исправно.

За преданного друга опасаясь,

Везде с коварством сталкиваясь явным,

Наш Гама, ловко обойдя преграды,

Смог отослать Куэлью на армаду.

89

Вот так и должен истинный воитель

Опасности грядущие предвидеть,

И, ратникам отец и попечитель,

Не должен позволять он их обидеть.

Обязан войск искусный предводитель

Врага не только слепо ненавидеть,

А разум неустанно напрягать

И хитростью неверных побеждать.

90

Но малабарец, гневный и сердитый,

Сказал, что если Гама не прикажет

Своей армаде в гавань плыть открыто,

То он в плену держать его накажет.

Но Гама, флотоводец знаменитый,

Решил, что смельчакам своим закажет

К брегам недружелюбным приближаться

И с хитрыми туземцами общаться.

91

Наутро он велел, чтоб к Саморину

Его индийцы тотчас проводили,

Но слуги Катуаловой дружины

Немедля путь герою преградили.

Но все ж хитрец переменил личину,

Его благие мысли посетили.

Он знал: когда б вина его открылась,

У короля бы он попал в немилость.

92

И возвестил правитель, что сердечно

Он добрую торговлю уважает.

Кто ж торговать не хочет, тот, конечно,

Язык войны всему предпочитает.

И понял Гама, что лукавец вечный

Богатый выкуп получить желает.

Но все же согласился Катуалу

Направить лузитанские товары.

93

Поскольку мудрый Гама не желал,

Чтоб к берегам армада приближалась,

То повелел свирепый Катуал,

Чтоб к ней ладья туземцев отправлялась.

В письме, что Гама тут же отослал,

Для брата указанье содержалось

Прислать на брег испанские товары,

Чтоб расплатиться с Катуалом ярым.

94

И очень скоро Алвару с Диогу

Доставили обещанный товар.

Едва завидел их правитель строгий,

Как от восторга тут же задрожал.