— И правильно, — сказала она с облегчением. — За него не стоит садиться в тюрьму.

— Спасибо за искренний совет. Ты права. Он ведь и в самом деле тоскливый зануда, так?

— На все сто процентов, — энергично подтвердила она.

— Ладно, я скоро снова тебе позвоню, — сказала я. — Всего хорошего. Пока.

Что теперь?

Наверное, лучше подождать, когда Джеймс мне позвонит.

Но я во всем разобралась. Я жутко злилась на Джеймса и решила, что это не телефонный разговор. Я должна была его увидеть как можно скорее.

Джеймс вскоре перезвонил. Похоже, он был в восторге, что я звонила ему.

Мне с трудом удалось удержаться в рамках приличия — гнев грозил вырваться наружу.

— Клэр, как приятно слышать твой голос, — сказал он.

— Что ты делаешь сегодня, Джеймс? — коротко спросила я.

— Ну… ничего, — ответил он. Наверное, его слегка напугал мой резкий тон.

— Прекрасно, — сказала я. — Будь дома часов около восьми. Мне надо с тобой поговорить.

— О чем? — слегка разволновался он.

— Потерпи, узнаешь, — ответила я.

— Нет-нет, скажи сейчас! — попросил он, теперь уже забеспокоившись всерьез.

— Нет, Джеймс, подожди до вечера, — сказала я вежливо, но очень твердо.

Он молчал.

— Значит, до восьми часов, Джеймс.

— Ладно, — неохотно согласился он.

Я повесила трубку, продолжая думать о своем разговоре с Джуди.

Понимаете, я знала, что я не так плоха, как Джеймс старался представить. Я чувствовала, что он мне лжет или, по крайней мере, сильно преувеличивает. Я не знала только, зачем он это делает.

Теперь я понимала, что он жаждал переделать меня под себя. Ему не нравилась моя уверенность. Она его пугала. Вот он и решил лишить меня этой уверенности, чтобы я полностью зависела от него.

Какой мерзавец!

Знаете, мне кажется, я ненавидела его меньше, когда узнала, что он спит с Дениз. На этот раз он предал меня окончательно.

— Мам! — крикнула я.

— Что? — отозвалась она, появляясь в дверях кухни.

— Ты мне нужна.

— Зачем?

— Мне нужно, чтобы ты присмотрела за Кейт и отвезла меня сегодня в аэропорт.

— Что ты затеяла, черт побери?

— Я лечу в Лондон. Я прошу тебя присмотреть за Кейт.

— Разве уже вторник? — совсем растерялась она.

— Нет, мам, сегодня пятница. Но я все равно лечу в Лондон.

— А потом снова полетишь во вторник? — удивленно спросила она.

— Возможно, — сказала я. Я не могла ей ничего объяснить, потому что сама не знала ответа.

— В чем дело? — с подозрением спросила она.

— Мне надо кое-что утрясти с Джеймсом, — сказала я.

— Я думала, вы уже обо всем договорились, — вполне резонно заметила она.

— Я тоже так думала, — сказала я печально. — Но за последний час появились новые улики, если можно так выразиться.

— Когда ты вернешься? — спросила она.

— Скоро, — пообещала я. — Пожалуйста, мама, это очень важно! Помоги мне!

— Ну, ладно, — согласилась она. — Можешь особо не торопиться.

— Не больше одного-двух дней, — сказала я. — Но мне придется занять у тебя денег.

— Тебе не кажется, что ты зарываешься?

— Пожалуйста!

— Сколько тебе надо?

— Немного. Я куплю билет по карточке, но мне нужны деньги на всякий случай. Ну, знаешь, на транспорт и прочее.

— Отдашь на следующей неделе. Я могу дать тебе пятьдесят.

— Пятьдесят мне хватит, — сказала я.

Во всяком случае, я на это надеялась. Я понятия не имела, где буду этой ночью спать. Но что-то подсказывало мне, что не в своей двуспальной кровати с Джеймсом.

Ладно, ничего страшного. У меня есть пара приятелей, которые все еще хорошо ко мне относятся. Так что крыша над головой у меня будет.

Вместе с прижатым к спине эрегированным пенисом…

Я оделась с особой тщательностью. Надела короткую черную юбку, черный жакет, прозрачные колготки и туфли на очень высоком каблуке. С удовольствием напялила бы маленькую черную шляпку с вуалью, но, к счастью, таковой в моем гардеробе не имелось.

Я бы хотела выглядеть исчадием из ада. Но. если подумать, шляпа — это уже перебор.

Я и без того буду выглядеть как одна из тех вдовушек, которые прекрасно смотрятся у могилы, но которых ненавидит весь город. Потому что люди подозревают, что вдовушка сама прикончила муженька, чтобы завладеть деньгами, которые он собирался оставить городу на строительство больницы.

Мама слегка вздрогнула, увидев меня в таком драматичном облачении, но, присмотревшись к моему решительному и злому лицу, предпочла отказаться от комментариев.